Спальня светской женщины

Но если бы вы взглянули на него въ ту минуту, когда онъ, проб?жавъ до своей скромной квартиры, на углу Итальянской улицы, съ быстротою пом?шаннаго, усталый, кинулся на диванъ, сбросивъ свою шляпу, – о! васъ в?рно поразили бы благородныя и привлекательныя черты его, несмотря на то, что он? выражали какое-то необыкновенное разстроиство и были напряжены усталостью.

– Это опять она! – произнесъ онъ съ энергическимъ восторгомъ, съ дикою радостью, какъ челов?къ, долго искавшiй чего-то и наконецъ нашедшiй желанное.

– Это опять она! – повторялъ онъ – и черные глаза его сверкали осл?пительнымъ заревомъ страсти, и длинныя кудри темныхъ волосъ его распадались въ завидномъ безпорядк?….

Ему было не бол?е 20-ти л?тъ!..

Читатели в?рно не удивятся, если узнаютъ, что поразило его до такого окамен?нiя и едва не подвергло безвременной смерти. То была, говоря изобр?тательнымъ языкомъ св?тскаго челов?ка, очаровательная, какъ поц?луй, соблазнительная, какъ гр?хъ, задумчивая, какъ мечта, головка женщины, едва от?ненная легкою блондою шляпки и грацiозно высунувшаяся изъ окна богатой кареты, которую мчала четверня.

Головка, которая уже въ третiй разъ являлась юнош?, какъ роскошное сновид?нiе, и которая такъ жестоко вскружила ему голову!..

Въ мучительномъ и отрадномъ волненiи провелъ онъ весь этотъ день; а ночь утопалъ въ волнистой, усладительной грез? или вздрагивая отъ страшнаго замиранiя сердца… То передъ нимъ разстилался необозримый садъ съ невиданноiо роскошью цв?товъ, между коими была вс?хъ привлекательн?е, вс?хъ душист?е пышная роза.

Онъ хот?лъ сорвать эту розу, но стебелекъ ея вырывался изъ рукъ его, а роза росла, росла, – и вдругъ сладострастно раскидывалась передъ нимъ чудною незнакомкою, идеаломъ души его… То бурное море плескало у ногъ его съ воплемъ гибели – и изъ своей бездонной челюсти выкидывало трунъ женщины. И эта женщина была все она, она, далекая отъ него, не в?давшая объ немъ, но такъ давно знакомая его распалявшемуся воображенiю! она, – поэтическая греза его фантазiи, вырывавшейся на свободу. Она, – божество, передъ которымъ, кол?нопреклоненный, онъ залепеталъ первую гармоническую молитву!..

Но мы оставимъ до времени разложенiе внутренняго быта героя нашей пов?сти и перейдемъ къ наружному, въ нетерп?нiи короче познакомить съ нимъ нашихъ читателей.

Викторъ Громскiй почти не зналъ своихъ родителей. Онъ лишился ихъ въ такiе годы, когда не могутъ чувствовать вполн? муки этой потери.