Юркин хуторок

Выслушав Митьку, Мая побежала в чащу, где находился маленький Бобка, и перед ним, как прежде перед его сестрой Лидочкой, разыграла из себя фею.

ГЛАВА 3

Неприятная новость. Секрет Бобки. Княжеский дом. Фея Мая не обманула. Вот так китаец! Фея с разбитым носом. Черные куры. Новая шалость

– Наконец-то нашелся – воскликнул радостно выбежавший на крыльцо Юрий Денисович Волгин и принял в свои объятия потерянного было и вновь приобретенного Бобку. – Не буду тебя бранить, мальчик, – сказал он, – ты и так достаточно наказан за твою опрометчивость.

Из-за тебя Лидочка заболела с испуга и лежит в постели. Ты не знаешь, как любит тебя твоя старшая сестра, а если бы знал, то, наверное, бы строго исполнял все мои приказания. Да и перед Юрием ты много виновен. Он дал за тебя слово, и оно оказалось нарушенным благодаря твоему поступку.

– Папочка… – начал было Бобка и заплакал.

Юрик и Сережа стояли молча, уставившись глазами в землю и кусали губы. Они сознавали себя виноватыми не меньше Бобки, так как отпустили его от себя.

Юрию Денисовичу стало жаль своих провинившихся сыновей.

– Ну, ребята, – проговорил он весело, желая ободрить приунывших мальчуганов, – все хорошо, что хорошо кончается: история с Бобкой кончилась, слава богу, хорошо, Лидочка успокоится и поправится, а потому не вешайте носов, мои друзья! Это происшествие убедило меня только в одном, что вы еще слишком молоды, чтобы разгуливать одним по лесу и хутору, и потому я позабочусь, чтобы у вас был надежный спутник.

Мне передали, что здесь в уездном городе живет гувернер-немец, служивший когда-то у князя, бывшего владельца этого хутора, и он с удовольствием поступил бы к нам в качестве гувернера и учителя.

– Учителя! – вскричали хором все три мальчика, и на их вытянувшихся лицах выразился самый неподдельный испуг.

– Да, учителя. Чего вы трусите? Я уверен, что это очень милый человек; говорят, он около пятнадцати лет прожил в доме князя.

Но мальчики продолжали стоять с пасмурными, недовольными лицами.

Раз уже решено взять учителя, то не все ли равно, какой он будет. Каждый учитель строг и взыскателен и не будет позволять так бегать и резвиться, как бегали и резвились до сих пор.

– А все из-за тебя! Ты виноват! – сердито шепнул Юрик Бобке и посмотрел на младшего братишку злыми, негодующими глазами.

Бобка сознавал свою вину. Пристыженный, уселся он за стол и неохотно принялся за чай и ужин.