Пленница некроманта

И может тогда, чем тьма не шутит, мне таки удастся вырваться на свободу?

Древние эльфийское заклинание с легкостью слетело с губ и чары, пущенные в ход, стремительно набирали силу. Еще немного и здесь начнется настоящее светопреставление.

И снова магическое зрение не подвело. Тонкие нити, тянущиеся от рук Ингрема и Змиулана, пульсировали разными цветами, и сложно было бы ошибиться, где и чья волшба. И ударить прямо по сплетенным нитям не составило труда.

Над моей головой что-то ярко блеснуло, воздушная змея врезалась во враждебные нити, и растеклась по ним тягучими разводами, словно пролитая сметана.

Свет охватил меня частой сетью, влился в вены горячим ядом, кружил и дурманил голову, и начинало казаться, что что-то поднимает меня высоко в воздух. Нет-нет! Нельзя поддаваться. Любыми средствами нужно оставаться в реальности, не переходить невидимую грань, иначе собственная волшба обернется для меня катастрофой. Станет фатальной, а глупее смерти, наверное, и не придумаешь…

Огромным усилием воли я все-таки освободилась от собственных чар и наваждение, наконец, схлынуло.

Вырвавшееся на волю заклинание еще гремело медным звоном в груди, еще ходили отзвуки освобожденной силы. Сейчас я чувствовала все острее, чем обычно. Это пугало, но назад не повернуть.

Выпущенная на свободу мощь вихрем неслась по чертогам лесного дворца. Ошарашено я наблюдала, как воздушные порывы ломают ветви, как выворачивают из земли корни и как развевают вызванных некромантом потусторонних существ.

Я и сама не ожидала, что у меня получится ТАКОЕ. Заклинание сплетено на славу, его теперь какое-то время не сможет остановить ни Хозяин леса, ни Ингрем…

Вихрь разрушит все, до чего сумеет дотянуться и горе тем, кто подвернется под его смертоносное движение. С трудом, но я встала. Теперь все позади. Теперь все будет хорошо, а мне надо уходить отсюда подальше и побыстрее, потому что мое заклинание, сколь сильным бы не было, на долго не удержит продавшего душу Тьме мага и навечно проклятого духа.

***

– И как нам туда войти? Здесь же стоит непробиваемый барьер!

Нафир ненавидящим взглядом окинул Великий лес, сплюнул на землю и обернулся к сопровождающим. Злость прямо-таки бурлила в нем и рвалась наружу. Да толку-то? Сорвать ее было особо не на ком. Его личные телохранители, после обряда причастия[1] больше напоминали мертвецов, чем живых людей и были такими же бесчувственными, как камни на той же дороге.