Чувство цвета

Губы у Зары задрожали и девочка еле сдерживаясь чтобы не расплакаться почти шепотом спросила:

– Ми Ор, почему Вам… страшно? И почему вы печальны, будто у Вас случилось большое горе?!

Преподавательница взглянула на девочку и в ее глазах, всегда таких блеклых и бесцветных, словно бы полыхнул огонь. Маленькая сухонькая ручка отыскала ладошку Зары и сжала ее так крепко, что Зара ойкнула от боли.

– Госпожа Зара, думаю, нам следует пойти к вашим родителям, – сказала Ми Ор.

Зара уже открыла рот собираясь вновь спросить почему Ми Ор так странно себя ведет, и почему говорит странные вещи, но в этот момент в музыкальный зал влетела одна из девушек прислуживающих в замке.

Лицо у нее было взволнованное.

– Граф приказал чтобы Вы, Ми Ор, немедленно привели маленькую госпожу в малый приемный зал, – выпалила девушка.

Зара почувствовала как сильно колотится в груди сердце. Словно птица, бьющаяся в сетях охотника. Ей стало очень страшно. Происходит что-то непонятное. И это непонятное – что-то плохое.

Она не знает что это, но это точно что-то очень-очень плохое. Она это чувствует, и она не хочет чтобы это происходило. Она не хочет чтобы вообще что-то происходило! Пусть все будет так как всегда. Как бывает каждый день…

Ми Ор мягко потянула Зару за собой.

– Пойдемте, госпожа Зара…

Бросив еще один взгляд в окно, Зара успела заметить, что повозки уже поворачивают к воротам замка.

Увидев родителей, Зара выдернула руку из руки Ми Ор и бросилась к ним.

Граф обнял дочь и поднял ее на руки. Графиня подошла к ним и склонив голову, прислонилась ею к голове Зары.

– Папа, что случилось?! Там едут повозки… к нам… их много… Это гости? Но почему мы не готовились к их приезду?!…

– Послушай, малышка. – Граф с внимательно вглядывался в лицо дочери. Он улыбнулся. Но на этот раз его улыбка не была ни ироничной, ни веселой. В его глазах были нежность и грусть. И еще что-то, чего девочка не могла понять. Над головой графа плыло голубое облако, переходящее резко очерченной границей в ярко синий.

Отец, помимо чувства грусти, испытывал беспокойство. Сильное. И это было странно и пугающе…

– Мама… – Зара всхлипнула. Руки матери обняли маленькое худенькое тельце. Девочка чувствовала материнское тепло, и от этого сердце буквально разрывалось от переполнявших ее чувств, среди которых понятными были только страх и невыносимая тоска, и желание чтобы ничего-ничего этого не было.