Во власти инквизитора

Здесь не было такой помпезности, как в большом, но от этого он не терял свое великолепие. Король сидел в позолоченном кресле и пристально меня рассматривал. Я не могла понять, о чем он думает, но тревожная складка между бровей выдавала какое-то сомнение.

Реджин сдержанно поклонился, выражая почтение. Я же склонилась в глубоком реверансе.

Вчера, на балу, я не имела возможности его толком рассмотреть, да и не до того было, если честно. Теперь же случай представился.

Королю было лет сорок, однако его темные волосы уже тронула седина.

Густая борода аккуратно подстрижена, кустистые брови срослись на переносице, широкие скулы выдавали волевой характер, а узловатые пальцы слегка подрагивали.

– Так значит, мой дворец вчера чуть не был разрушен из-за тебя?

Как-то я не ожидала такого прямого вопроса и теперь не знала, что сказать. Под ставшим вдруг колючим взглядом я почувствовала себя неуютно и стала прокручивать в голове разные варианты ответов, но все казались бредовыми.

– Простите, – наконец выдохнула я.

Неожиданно мне на помощь пришел Рэджин:

– Здесь нет вины моей невесты, – последнее слово он подчеркнул. Я невольно позавидовала его невозмутимому виду и холодной отстраненности. – Есть свидетели, что Кирайя не провоцировала конфликт. Мы не успели переступить порог зала, как подверглись нападению. Но, как мне известно, виновника сейчас во дворце нет?..

– Таггар занят рейдами и облавами, – губ короля коснулась лукавая улыбка.

 – Мы таки напали на след заговорщиков. Более того, мы схватили одного из них, и теперь он дает признательные показания. Так что скоро, Рэджин, от мятежников и смутьянов не останется даже воспоминания.

– Рад это слышать, – с искренностью улыбнулся инквизитор, но я ощутила, как он напрягся. Да, Рэджин всегда умел хорошо играть роль, и если бы я не стояла так близко к мужчине, никогда бы не заподозрила его в фальши. – Надеюсь, вы правы, и все разрешится достаточно быстро. Однако, в этот раз Сиери перешел черту…

Несколько долгих секунд Харгельд еще рассматривал меня, потом же перевел взгляд на Первого инквизитора.

При этом его губы слегка дрогнули, но было непонятно, как к Рэджину относится король. Он умел владеть лицом и не выдавал своих эмоций.

– Это мы еще обсудим, – многообещающе кивнул Харгельд, – но наедине. Френмис! – обратился он к камердинеру, который все это время тоже находился в малом зале и пытался слиться со стенкой.