Испорченная картина, или Аллегория бытия

– Когда начальство не напрягает, – Дилон понизил голос и показал глазами в сторону Райана. – И когда не сижу в засаде по двенадцать часов.

– Я все слышу, отозвался Райан Сплинт. – Кстати, ты должен поехать в морг и узнать, кто делал заключение о смерти миссис Стайп.

– Лучше б я молчал, – Дилон сделал убитое горем лицо.

Он терпеть не мог посещать морги, вот преследовать, стрелять – другое дело.

– Привет. Я – Раймонд. А Ник Корвин… – запнулся Раймонд Эткинс.

– Это мой отец, – ответила Тиффани на рукопожатие Раймонда.

– Он был лучшим из нас. Привет, я – Карлос Хилберг.

– Я – Джефри Болс, – парень взял руку Тиффани и начал ее трясти в рукопожатии. – Тиффани, если б не твоя версия, я до сих пор так и сидел бы без работы.

Тиффани не сдержала искренней улыбки. Волосы Джефри напоминали ей его веселый характер. Они были волнистые и, хотя достаточно коротко постриженные, но распадающиеся прядями в рабочем беспорядке.

– Привет, я – Майкл. Хорошие версии, – Майкл Додж протянул руку Тиффани.

На вид ему было около тридцати пяти. Тиффани сразу обратила внимание на его солидный вид, который ему придавала его шотландская бородка.

– Спасибо, – улыбалась Тиффани.

Ей сразу понравились эти ребята.

Глава 2

Стук смерти

Вот уже несколько дней стояла теплая погода с приятными летними вечерами. Было около восьми часов вечера. Он стоял в кустах сирени на пригорке, откуда было хорошо видно раскрытое окно второго этажа. Он немного нервничал, но курить было не в его правилах.

Машинально он касался тонких веток сирени и надламывал их. Вот уже около месяца он периодически приходил сюда и наблюдал за ее окном. Он знал ее расписание. Сейчас она закончит разминку около большого зеркала и в окне мелькнет ее обнаженная грудь. Она направится принимать ванную. Ее не будет около получаса, а потом она выйдет такая слегка розовая, свежая и томная, распустит длинные волосы, бросив полотенце на кресло и, любуясь своей стройной фигуркой, начнет наносить макияж, от которого ее девичье, непорочное лицо превратится в лицо путаны. Он терпеть не мог, когда она наносила макияж. Невольно, он крепко сжал ветвь сирени и она хрустнула у него в руках.

Он взглянул на часы. Десять минут девятого. Интересно, она принимает душ или лежит расслабленная в ванной? Он готов биться об заклад, что она сейчас лежит с закрытыми ресницами в воде, на поверхности которой плавают лепестки чайной розы.

В это время Синтия всегда принимала ванну.