Попробуй умереть!

Четыре пары глаз изучающе уставились на Амину.

Во главе стола сидела дама в очках с золотой оправой, ярким макияжем и крашеными хной волосами. Она первой нарушила тишину:

– Я директор лицея, Алла Даниловна. Хорошо, что вы к нам заглянули. Возможно, вы поможете пролить свет на эту трагедию.

– Вера Ивановна, классная руководительница Жени, – тяжело вздохнула молоденькая блондинка с тугими кудряшками, – учительница русского и литературы.

Симпатичный молодой человек в свитере и джинсах поднялся, уступая место Амине:

– Я преподаю информатику и веду кружок по робототехнике.

Петр Николаевич.

Амина поблагодарила учителя и опустилась на обитый искусственной кожей стул. Последней представилась брюнетка с короткой стрижкой в модных роговых очках:

– Дарья Александровна, школьный психолог. – Она слегка подвинула свой стул так, чтобы оказаться ближе к Петру.

– Мы первым делом проверили так называемую игру «Синий кит», – начала директриса. – Какое-то время у нас в лицее, да и вообще в городе, ходили слухи о группах смерти.

Но мы постоянно мониторим этот вопрос. Учителя вступают в школьные чаты, стараются следить за учениками в соцсетях.

– Следим, пока они не вычислят и не забанят, – горько усмехнулась Вера Ивановна.

– В этом возрасте подросткам хочется автономии – это нормально! Ничего криминального здесь нет, – парировала школьный психолог. – Я сегодня беседовала с одноклассниками Жени, в том числе индивидуально. Все утверждают одно и то же: никакими суицидальными мыслями Женя ни с кем не делилась, в группах смерти не состояла.

В ее ленте в соцсетях не было ничего подозрительного: обычные селфи, фото с соревнований, с парнем. Она была открытой, доброжелательной, полной оптимизма…

– Круглая отличница, – добавила директриса с сожалением.

– Мы ею гордились! – подтвердила Вера Ивановна.

– И парень у нее был хороший, – вставила Дарья. – Я видела Илью пару раз. Вежливый, серьезный. Может, одет не так богато, но всегда аккуратно. Они очень нежно относились друг к другу.

Амина внимательно слушала педагогов.

Дарья задумчиво постучала кончиком ручки по столу.

– С психологической точки зрения я произошедшее объяснить не могу. Женя не была изгоем, не страдала от депрессии… Признаков суицидального поведения я не заметила.

– А какие это признаки? – поинтересовалась Амина.

– Ну, обычно ребенок становится мрачным, необщительным… Меняет расписание, бросает кружки, избегает друзей. Начинает слушать тяжелую музыку.