Валькирия. Охота со зверем

Кто сказал, что женщина – слабый пол? «Слабый пол – это гнилые доски». Кто, если не мы? Если не я? Знаю, многие считают меня неженственной, грубой, слишком жесткой. Но я просто живу по нравам военного времени. И неплохо было бы дожить до победного дня. Если повезет, конечно.

1 глава

Опустевший, забытый людьми и Богом, когда-то процветающий город располагался чуть севернее непроходимых топей. Даже до войны порядочные горожане старались обходить этот район в темное время суток стороной. Криминальные сводки новостей чуть ли не ежедневно пополнялись новыми фактами убийств и грабежей.

Но мало кто из жителей города помнил, что под этой фабрикой, построенной аж до революции, на несколько километров протягивался лабиринт туннелей, прорытых в годы Великой Отечественной Войны. И уж тем более, никто и подумать не мог, что катакомбы эти, отнюдь, не заброшены.

Грохот тяжелых армейских сапог отзывался по тускло освещенному пустому коридору приглушенным эхом. Высокий худощавый мужчина лет тридцати в запыленной, выцветшей армейской форме, прихрамывая на правую ногу, очень спешил.

Его усталое лицо не выражало ничего, кроме досады и гнева. Нервы давно стали бумажными.

Подойдя к массивной железной двери, охраняемой двумя молодыми парнями, мужчина в недоумении замер.

– Какого черта тут стоите? – с раздражением спросил он.

– Так… глава сказал охранять, чтоб никто не зашел, – робко ответил один из парней.

– Сейчас я ему устрою, этому главе, – мужчина нахмурил густые светлые брови и потянул дверь на себя.

 – Вы свободны.

Другой охранник неуверенно преградил вход рукой.

– Но Александр Владиславович приказал никого не пускать.

Мужчина медленно повернул голову и взглянул на него так, что тот побелел.

– Я не понял? – членораздельно проговорил он. – Какой-то щенок собирается помешать мне войти?

– Простите меня, Максим Владиславович, – выдавил из себя едва живой паренек.

– Так, ладно, – мужчина понял, что погорячился и продолжил спокойнее: – Он там один?

– Никак нет, – отрапортовал первый охранник, второй еще не пришел в себя.

– С бабой, значит, – мужчина не был удивлен. – Пошли отсюда оба.

В этот раз спорить с ним никто не посмел. Парни пулей исчезли за поворотом, а мужчина неспеша вошел в комнату.

Очутившись в темной прихожей, огороженной от остальной части комнаты мутной полупрозрачной ширмой, какие обычно бывают на бойнях и складах, он снова остановился. По ту сторону творилось что-то наверняка понятное ему.