Лайкни и подпишись

Без него тишина квартиры становится отчётливее и весомей. Оля притягивает колени к груди, обвивает их руками, кладет на них голову. В темноте, точно единственная звезда в чернильной ночи, горит окно напротив. Два человека ведут беседы, пьют свежий, дымком струящийся, чай.

Свои подглядывания Оля по-умному называет «культурологический интерес». По правде же, в ее интерес нет ничего культурологического. Она наблюдает за этими незнакомыми ей, чужими людьми так долго, что ей уже кажется, будто они родные. И живут они вместе, просто по странному молча.

Оля невидимкой ходит меж них, пьет с ними чай, слушает разговоры. Оля призрак.

Оля прижимается горячим лбом к ледяному стеклу – по утрам оно уже подернуто инеем. За мутной синеватой пеленой оранжевый огонь ИХ жизни манит ее неудержимо. Оля вспоминает бьющегося о лампу мотылька, бабочек, сгорающих в кострище. Когда сам ты во тьме и холоде, жизнь отдашь, чтобы чуток погреться.

Андрей забрал с собой все – свою любимую кружку, все свои мелочи в ванной вроде каких-то булавок, лезвий от бритвы, лосьонов.

Оля злорадно вдогонку бросала ему их совместные фотографии – ничего не пожалела, все уничтожила, вышвырнула из жизни, едва не избавилась от единственной фотографии из роддома, потому что там они тоже вместе – втроем.

Пустота уже несемейной жизни пролилась на Олю как ведро с водой – отрезвляюще и бодряще. Поначалу злость стегала ее как кнут, и Оля радовалась, радовалась свирепо. А потом начала замечать, как хватает пустоту, вместо привычно стоящей раньше вазочки.

Как тоскует по большой Андреевой кружке, из которой любила пить кофе. Как много места в ее шкафу.

Эти мелочи подкашивают Олю каждый раз, подтачивают изнутри, выедают огонь ее злости.

Кирюшка понемногу заполняет пустоту, но его маленькое существование не может заменить большое и ощутимое бытие Андрея. Кирюшкины игрушки вместо одежды и ботинок, Кирюшкины смешные, а иногда очень страшные звуки, вместо Андреевого голоса.

Оля позволяет себе эти мысли только ночью, глядя в окно напротив.

Так они не столь мерзкие, не столь больно жалят – ведь есть счастье, у кого-то ведь все хорошо, а значит однажды так будет и у Оли.

Вздохнув, Оля снова берет телефон в руки. «Уроки макияжа» – вводит она в строку поиска.

Глава 8 Оля

Утро застает Олю в легком волнении. Она не выспалась, но не замечает этого. Едва оживает будильник, Оля шлепает босыми ступнями в ванную и открывает заветную косметичку.