Русская душа. Рассказы

Снова открывал он книги известных богословов, снова вникал в их труды, да только так и не находил ответы на свои вопросы: «Я-то зачем людям? Помоги, Господи, понять!» И ладно, если бы он мог отказать кому-то в отпущении грехов и не читать разрешительную молитву, чтобы человек осознал и осмыслил всю глубину своей греховности, но такого права у него не было…

Наконец как-то настоятель храма, протоиерей Сергий, попросил его зайти к нему.

– Знаю, отец Алексей, о ваших трудностях на исповедях. Некоторые прихожане высказывали мне недовольство вами.

– Отец Сергий, я пытаюсь разъяснить им суть таинства исповеди, я…

– Ты думаешь, они этого не знают? – перебил Алексея настоятель. – Напрасно. Пойми ты, что если человек неверующий, то ему не проповедь твоя нужна, а понимание. Ведь одинок по своей сути человек, пустота в душе его. Если поймешь исповедуемого, то и к вере приведешь, и душа его наполнится, и на путь спасения направишь. Да… молод ты еще, Алеша, ой как молод…

Голос отца Сергия дрогнул, и он стал жадно хватать воздух широко открытым ртом.

«Одышка! – понял Алеша. – Все людям отдал, отсюда и сердце у него больное. Надо бежать, кого-нибудь позвать!»

Но настоятель уже пришел в себя и с трудом тихим голосом продолжил говорить:

– Знаю про горе твое личное, Алеша, скорблю вместе с тобой и молюсь за тебя, но вижу я, что впадаешь ты в уныние, а это, сам знаешь, большой грех… Отпускаю тебя, Алеша, в отпуск, съезди куда-нибудь, отдохни и нервы свои успокой…

Приглашение отца Михаила приехать к нему погостить молодой священник принял не раздумывая.

Недалеко от поселка и деревни находилась обитель монашеская со своей церковью. Монастырь вместе с Верхними холмами и Озерским образовывали что-то вроде треугольника. Их связывали между собой проселочные дороги, слабо наезженные и местами поросшие бурьяном, поскольку надобность в общении у местных жителей двух поселений между собой, да и с монастырскими возникала редко. Верующих в деревне было мало: стариков почти не осталось.

Вот и жили все сами по себе вполне самодостаточно. Только девки сильно переживали оттого, что женихов было раз-два и обчелся. Всего в приход отца Михаила кроме Верхних холмов входило еще несколько отдаленных деревень.

Первое время, как Алексей поселился в заброшенной избе, пересудов у местных жителей было много. Девчонки, нарядившись и даже наведя макияж, каждый вечер прогуливались мимо его избы.