Гераклея

После Нерея у чадолюбивой Геи с Понтом родился Тавмант – божество морских чудес, настоящий подводный великан. Он с Океанидой Электрой (янтарь), ставшей ему женой и подругой, родили богиню радуги, богов быстроногую вестницу Ириду и богинь морских вихрей Гарпий (Похитительницы), имевших вид крылатых дев с птичьими ногами, хотя, согласно Гесиоду, они родились обычными кудрявыми девочками, только с крылышками. Как дуновение ветра, как птицы, на крыльях проворных носились Гарпии эти, паря высоко над землею или над морем.

Гесиод поет, что вслед за этим Тавмантом Форкиса (Бурное море) храброго Понту Земля родила и прекрасноланитную Кето (Морское чудовище).

У могучей Кето – Пучины и Морского Старика Форкиса появились три дивных дочери Грайи – Дейно (Дрожь), Пемфредо (Тревога) и Энио (Злоба). Вскоре после рождения Грай, у Форкиса и Кето родилась еще одна тройня дочерей. Эти девочки были похожи на чудесных резвящихся ангелочков, когда на своих золотистых, ослепительно сверкавших на солнце крыльях, носились они над пенными волнами наперегонки с порывистыми ветрами. И прозвали одну из них Сфенно (Могучая), другую Эвриалой (Далеко прыгающая), третью же, что всех краше была и отважнее – Медусой (Повелительница). Прекрасноволосой деве Медусе, изнасилованной в храме Афины Посейдоном, суждено было Роком превратиться в одно из самых страшных чудовищ – Медусу-Горгону.

Гея, отдавшись объятиям страстным, сопряглась с ужасным бездонным Тартаром, который ее давно домогался, и родила в Киликии от него еще более ужасного, чем отец, беззаконного великана Тифона, которого вскормил и воспитал змей Пифон (гной).

Тифона часто называли беззаконным потому, что столь сильным он родился, благодаря Тюхе и, вопреки закону Ананке. Кроме Тифона Гея родила прекрасноланитную змеедеву Ехидну.

Вскоре Афродита с Эротом на коленях с изумлением наблюдала как два исполина, словно два урагана, сшиблись в жарких объятьях и закружились так, что земля затрещала и застонала. Там, где гордый и страшный Тифон беззаконный и быстроглазая змеевидная дева, наконец, возлегли образовалась в земле гигантская впадина, ставшая им брачным ложем любви.

– Зачем ты зажег пламя любви в этих ужасных чудовищах, сын мой любимый?

Спросила богиня любви и красоты у своего прекрасного крылатого крошки – сына Эрота, как обычно лаская его и целуя, но затуманенный взор ее прекрасных фиалковых глаз с гнутыми черными ресницами омрачился слезами. – Понимала богиня, какие ужасные плоды будут у этой могучей любви.