Полное собрание сочинений. Том 33. Воскресение. Черновые редакции и варианты

Но въ глубин? души ему только хот?лось отличиться, хот?лось узнать, что такое война, получить новыя впечатл?нiя, не пропустить чего нибудь, что могло случиться съ нимъ тамъ. И онъ поступилъ въ полкъ, од?лся въ мундиръ, простился съ друзьями, съ кузиной и по?халъ на Дунай. По дорог? онъ за?халъ къ тетушкамъ.

* № 16 (рук. № 11).

«Что же это: большое счастье или большое несчастье случилось со мной? – спрашивалъ онъ себя и не находилъ отв?та. – Всегда такъ, вс? такъ», сказалъ онъ себ? и, какъ будто успокоившись, пошелъ спать.

На другой день посл? этой памятной ночи Шёнбокъ за?халъ зa Нехлюдовымъ къ тетушкамъ, и они вм?ст? у?хали, такъ какъ былъ уже посл?днiй срокъ для явки въ полкъ; Нехлюдову не пришлось больше вид?ться съ Катюшей и наедин? говорить съ ней. Ему, впрочемъ, и нечего было говорить съ ней и не хот?лось этаго. Быть съ нею ночью, какъ вчера, онъ бы хот?лъ еще разъ, но днемъ быть съ ней, говорить съ ней ему даже не хот?лось: было сов?стно.

Въ душ? его въ этотъ день и въ посл?дующiе, когда св?же было воспоминанiе этой ночи, поднимались и боролись между собой два чувства: одно мрачное – отчаянiе за то, что затоптано, осквернено, на в?ки погублено чувство любви, совершено ужасное кощунство надъ этимъ чувствомъ, и оно безвозвратно потеряно; другое – самодовольство достигнутой ц?ли и жгучiя чувственныя воспоминанiя.

Любви, той любви, которая переноситъ челов?ка въ душу любимаго существа, совс?мъ не было.

* № 17 (рук. № 7).

«Какъ я могъ быть такъ близорукъ, такъ просто глупъ, главное такъ ужасно жестокъ, – думалъ онъ теперь, вспоминая свое тогдашнее состоянiе. – В?дь я же жилъ въ этомъ же тетушкиномъ дом? 2 года тому назадъ. Гд? же былъ я, тотъ хорошiй, чистый юноша, который тогда поц?ловался съ Катюшей за кустомъ сирени и потомъ такъ испугался этого поц?луя, что собирался уже жениться на ней?! Какъ это сд?лалось, что вдругъ забылось все это, и на м?сто этаго чистаго юноши появился тотъ веселый и жестокiй зв?рь, чистящiй ногти, употребляющiй фиксатуаръ и одеколонъ, въ обтянутыхъ синихъ рейтузахъ?»

Одно объясненiе этаго было то, что въ этомъ юнош? тогда эгоизмъ его, благодаря той сред?, въ которой онъ жилъ, былъ развитъ до состоянiя душевной бол?зни.

Онъ вид?лъ и помнилъ только себя и свои удовольствiя. <Кром? того, онъ въ это время постоянно былъ занятъ и всегда торопился; всегда ему надо было посп?вать куда-то. Если это не была служба, то это были другiя д?ла.