Полное собрание сочинений. Том 33. Воскресение. Черновые редакции и варианты

Нехлюдовъ внимательно слушалъ, ужасаясь той страшной дикости нравовъ, которая выражалась этимъ обвинительнымъ актомъ, и, какъ всегда, безсознательно чувствуя свое неизм?римое превосходство надъ той средой, въ которой все это могло происходить.

Уныло звучалъ картавящiй на р голосъ секретаря.

Когда онъ дошелъ до м?ста, въ которомъ сказано было, что купецъ См?льковъ, очевидно получившiй особенное пристрастiе къ д?вушк?, прозываемой Любкой, послалъ ее съ ключомъ въ свой номеръ, Нехлюдовъ взглянулъ на подсудимую Маслову.

Въ это же самое время Маслова, какъ будто польщенная т?мъ, что она возбудила такое чувство въ купц?, подняла глаза и взглянула на чтеца и потомъ перевела взглядъ на присяжныхъ и скользнула имъ по лицу Нехлюдова. И вдругъ въ голов? Нехлюдова точно щелкнуло и лопнуло что то. Воспоминанiе, копошившееся гд? то далеко внизу за другими впечатл?нiями, вдругъ нашло себ? дорогу и выплыло наружу. Катюша! вспомнилъ онъ. Тетеньки Марьи Ивановны Катюша. И онъ, удерживая дыханiе, сталъ всматриваться въ подсудимую. Она опять сид?ла, опустивъ голову. Лобъ, волоса, носъ. Но эта старая, больная. Но въ это время подсудимая опять подняла голову и еще разъ взглянула изподлобья на чтеца и вздохнула. «Да н?тъ, этого не можетъ быть!» говорилъ самъ себ? Нехлюдовъ и въ тоже время чувствовалъ, что не могло быть никакого сомн?нiя. Это была она. Это была Катюша, та самая Катюша, которую онъ одно время страстно платонически любилъ, на которой хот?лъ жениться и которую потомъ соблазнилъ и бросилъ. Да, это была она. Это было ужасно.

Да, это было 14 л?тъ тому назадъ въ[74 - Зачеркнуто: Крымскую] Турецкую кампанiю, когда онъ, посл? петербургской дурной св?тской жизни, поступилъ въ[75 - Зач.: стр?лковой полкъ Императорской фамилiи] военную службу и по дорог? въ[76 - Зач.: Крымъ] полкъ за?халъ къ тетенькамъ Марь? и Софь? Ивановнымъ.

Ему было тогда 21 годъ.[77 - Зач.: Он уже и тогда многое пережилъ и передумалъ. Во многомъ онъ былъ требователенъ къ себ? и не сл?довалъ тому, что считалось не только дозволительнымъ, но хорошимъ въ его сред?.

Но въ половомъ вопрос?, въ сношенiяхъ съ женщинами, несмотря на то, что онъ былъ много нравственн?е своихъ сверстниковъ, онъ былъ также грубъ и сл?пъ, какъ и вс?.] Это было время ослабленiя и отдыха посл? его самыхъ сильныхъ мечтанiй, шедшихъ въ разр?зъ со вс?мъ существующимъ порядкомъ вещей. Это было время, когда онъ, въ глубин? души желая д?лать одно хорошее, д?лалъ все дурное, все то, что д?лали вс? окружающiе его.