Полное собрание сочинений. Том 33. Воскресение. Черновые редакции и варианты

Онъ чувствовалъ, что совершается что-то важное и что онъ ужъ не властенъ надъ собой. Онъ ц?лый день и вечеръ искалъ случая встр?тить ее одну; но, очевидно, и она сама изб?гала его и Матрена Павловна старалась не выпускать ее изъ вида. Но вотъ наступила ночь, вс? разошлись спать. Валерьянъ зналъ, что Матрена Павловна въ спальн? у тетокъ и Катюша въ д?вичьей одна. Онъ вышелъ на дворъ. На двор? было тепло, и б?лый туманъ, какъ облако, наполнялъ весь воздухъ. Шагая черезъ лужи по оледен?вшему сн?гу, Валерьянъ об?жалъ къ окну д?вичьей.

Катюша сид?ла у стола и смотр?ла передъ собой въ задумчивости, не шевелясь; потомъ она улыбнулась и покачала, какъ бы на свое воспоминанiе, укоризненно головой.

Онъ стоялъ и смотр?лъ на нее и невольно слушалъ страшные звуки, которые доносились съ р?ки, текшей въ 100 шагахъ передъ домомъ. Тамъ, на р?к?, въ туман?, шла неустанная тихая работа, ломало ледъ, то соп?ло что-то, то трещало, то осыпалось, то зв?н?ло – ломало ледъ. Онъ стоялъ, стоялъ, любуясь ей. Странное чувство жалости къ ней западало къ нему въ сердце, глядя на ея задумчивое, мучимое внутренней работой лицо.

Онъ начиналъ жал?ть ее и боялся этой жалости. И чтобы скор?е заглушить эту жалость другими чувствами вождел?нiя къ ней, онъ стукнулъ въ окно. Она вздрогнула, какъ подпрыгнула, ужасъ изобразился на ея лиц?. Она придвинула свое лицо къ стеклу – выраженiе ужаса не оставляло ее, не оставило даже и тогда, когда она узнала его. Она улыбнулась только, когда онъ улыбнулся ей, улыбнулась, только какъ бы покоряясь ему. Онъ махалъ, звалъ, а она помотала головой, что н?тъ, не выйдетъ. Онъ хот?лъ уговаривать, но вошла Матрена Павловна, и Валерьянъ ушелъ. Долго онъ ходилъ въ туман?, слушая ледъ, и колебался, уйти или опять подойти. Онъ подошелъ: она сид?ла одна у стола и думала. Она взглянула въ окно, онъ стукнулъ. Она выб?жала. Онъ обнялъ ее, и опять поц?луи и опять сознательное съ его стороны разжиганiе страсти, поглощавшее, затаптывавшее прежнее чистое чувство. Они стояли за угломъ на сухонькомъ м?ст?, и онъ, не видя времени, томился неудовлетвореннымъ желанiемъ и больше и больше заражалъ ее.

Матрена Павловна вышла на крыльцо и крикнула. Онъ уб?жалъ. Она вернулась.

Въ эту же ночь онъ подкрался къ ея двери рядомъ съ комнатой Марьи Ивановны. Онъ слышалъ, какъ Марья Ивановна молилась Богу и, стараясь ступать такъ, чтобы не скрип?ли половицы, подкрался къ ея двери и зашепталъ. Она не спала, вскочила, стала уговаривать его уйти.