Полное собрание сочинений. Том 33. Воскресение. Черновые редакции и варианты

Только тогда Нехлюдовъ увидалъ ее фигуру, отд?лившуюся отъ окна, подл? котораго она стояла, загораживаемая цыганкой.

Она подошла къ р?шетк?[146 - Зачеркнуто: и стала вглядываться, очевидно не узнавая.– Чего вамъ? – сказала она съ небрежностью, очевидно ни отъ чего и не отъ кого не ожидая ничего хорошаго.] съ правой стороны цыганки, Нехлюдовъ же былъ съ л?вой стороны и посп?шно перешелъ на м?сто противъ нее. Онъ стоялъ прямо передъ ней и, хотя черезъ дв? решетки, ясно вид?лъ выраженiе ея лица: оно было оживленное и любопытное.

– Катюша! это я, – проговорилъ онъ, не могъ договорить того, что хот?лъ, и остановился, стараясь успокоиться.

– Кто же вы то? – сказала она улыбаясь, вглядываясь въ него и не узнавая, но, очевидно, довольная т?мъ, что къ ней пришел пос?титель и хорошо од?тый.

– Я, Нехлюдовъ, Дмитрiй Ивановичъ. Катюша!

«Да я д?лаю то, что должно. Я каюсь», подумалъ онъ. И только что онъ подумалъ это, какъ слезы выступили ему на глаза и подступили къ горлу. Онъ не могъ больше говорить, схватился руками за р?шетку и разрыдался.

Лицо ея усталое, безжизненное вдругъ осв?тилось мыслью, глаза загор?лись, и даже румянецъ, не тотъ румянецъ, красный, яркiй, который, бывало, заливалъ ея пухлыя д?тскiя милыя щеки, а слабый румянецъ, чуть пробившись сквозь нездоровую желтизну ея кожи, выступилъ на ея лицо, и она, схватившись руками за р?шетку, приблизилась къ ней… И очевидно узнала. Но, узнавши, она тотчасъ же немного нахмурилась и отстранилась.

– Катюша! Узнала меня? – повторилъ онъ.

– Ну, узнала. Ну такъ чтожъ? – сказала она. – Дмитрiй Ивановичъ,[147 - Зачеркнуто: зач?мъ вы приходите? Уйдите вы прочь. И тогда васъ просила и теперь прошу.] уйдите!

Онъ не слышалъ хорошо, что она сказала, рядомъ кричала цыганка,[148 - Зач.: но вид?лъ, что она жал?етъ его.] и для того чтобы сказать ей то, что онъ хот?лъ сказать, надо было кричать.

«Какъ кричать при вс?хъ то, что я им?ю сказать», – подумалъ Нехлюдовъ, и тотчасъ же ему пришла мысль: «не постыдился тайно д?лать мерзости, кайся при вс?хъ громко», и онъ громко заговорилъ:

– Я пришелъ зат?мъ, чтобы просить у тебя прощенья.

Тутъ онъ не могъ дальше говорить, разрыдался и остановился.

– Не слыхать, что говорите,[149 - Зач.: прокричала она. – Да и нечего говорить. Все переговорено.] – прокричала она.[150 - Зач.: и отошла отъ р?шетки къ окну.