Полное собрание сочинений. Том 7. Произведения 1856–1869 гг. Отрывки рассказов из деревенской жизни

Волосы на голов? были русые, не курчавые, такъ мочалками вис?ли, все въ глаза попадали; бородка была небольшая клиномъ, на щекахъ вовсе волосъ не росло, и когда я его зналъ, то ужъ много с?дыхъ волосъ было; носъ былъ загнутой крюкомъ, и поперекъ и подъ глазомъ шрамъ былъ, еще мальчикомъ[5 - Зачеркнуто: деревомъ] топоромъ разрубили; ротъ былъ небольшой, акуратный: какъ засм?ется, <бывало, такъ вс?мъ весело станетъ;> зубы б?лые, ровные. Только см?ялся онъ не часто, нешто когда выпьетъ, а то больше мужикъ серьезной былъ. Засунетъ, бывало, персты большiе за кушакъ: – «ну что, милый челов?къ», – такая у него поговорка была, и что ему не скажи, всякое д?ло разберетъ и докажетъ.

Рукопись отрывка рассказов из деревенской жизни: „Это было в субботу“.

Такъ кто его такимъ то зналъ, тому трудно подумать, какой такой былъ Сережка сиротка, когда его еще отъ земли не видать было.

А былъ онъ маленькой, б?логоловый, пузатый парнишко, и пов?са былъ, за то и много его тогда мать била. Нужда, горе, а тутъ еще д?ти.

Прибьетъ, бывало, съ горя, а потомъ и самой жалко. —

Вотъ въ т? то поры, когда еще его отъ земли не видать было, помнитъ онъ, что пришелъ къ нимъ разъ въ избу сос?дъ, дядя ?едоръ. – Д?ло было ос?нью, съ хл?бомъ убрались, народъ дома былъ. – Пришелъ дядя Федоръ пьяный, ввалился въ избу: «Марфа, а Марфа, – кличетъ, – иди угощай меня, я женихъ пришелъ». – А Марфа на выгон? замашки стелила. Сережка игралъ съ ребятами на улиц?, увидалъ дядю Федора, за нимъ въ избу пошелъ, черезъ порогъ перешагнулъ, а самъ руками за него прихватился, – такой еще малый былъ.

– Кого теб?, дядюшка?

– Гд? мать?

– На старой улиц? замашки стеле.

– Б?ги, покличь ее, я теб? хл?бца дамъ.

– Не, не дашь, ты намеднись Ваську побилъ.

– Б?ги, кличь маму, постр?ленокъ, – да какъ замахнется на него. – О! убью, трегубое отродье! – да какъ закотитъ глаза, да къ нему. Пошутить что ли онъ хот?лъ, только Сережка не разобралъ, вывернулъ глаза, глянулъ на него, да опять на четверенькахъ черезъ порогъ![6 - Зачеркнуто: и ну рев?ть на всю улицу, а самъ] да въ переулокъ задворками черезъ гумно, да на выгонъ, только босыя ножонки блестятъ, какъ задралъ, а самъ реветъ, точно козленка р?жутъ.

 – Что ты, чего, сердешный, – бабка встр?тила, спрашиваетъ; такъ только глянулъ на нее, еще пуще взвылъ, прямо къ матери; подкатился къ ней клубочкомъ, уц?пился зa панёву и хочетъ выговорить – не можетъ, какъ что душитъ его. —

Марфа глянула на него, видитъ плачетъ.