Долго ли?

Комната была побольше его кабинета, в два окна, смотрела гораздо веселее от светлых обоев с букетцами. Весь правый угол занят был кроватью с целой горой подушек. Налево, на небольшом рабочем столике, стояла дешевенькая лампа под розовым абажуром. Она бросала на все полутаинственный, полунарядный свет. Мебели было довольно: и кушетка, и шкап, и туалет, и пяльцы, и этажерочка, и комод, с разными коробочками и баночками: все это разношерстное, но не убогое. На окнах висели кисейные гардины.

У туалета сидела женщина, на вид еще очень моложавая, блондинка, с широким худощавым лицом и совершенно бледными глазами, в голубенькой ситцевой "круглой блузе", какие попадаются теперь только в России.

Она распускала свою косу, довольно густую и очень светлую, собираясь припрятать ее под ночной чепчик. Подняв правую руку к волосам, она слегка щурила левый глаз, и на переносице ее низковатого и сухого лба явилась недовольная морщинка.

На Луку Ивановича она взглянула немного исподлобья, равнодушным взглядом, и тотчас же губы ее оттопырились в жалостное выражение.

– Небось в клубе были? – выговорила она, глядя в другую сторону.

– Скука, – отозвался Лука Иванович и тотчас же, присаживаясь на кушетку, спросил с явственной заботой, – Настенька нынче не очень кашляла?

– Покашляла; экая важность! ничего с ней не будет – только мнительность ваша…

– Тем лучше.

– Мартыныч тут все сидел, вас дожидался.

– Ну, и насчет литературы тоже прошлись? – спросил Лука Иванович, сделав особую смешливую мину.

Блондинка чистосердечно улыбнулась и заговорила с некоторым даже оживлением, хотя все тем же тягучим, неряшливым голосом:

– Какую книжку он мне все читал: "Огненная женщина" называется! Вы не слыхали?

– Как не слыхать!

– А вот мне небось не принесли. Что мне в ваших журналах!.. Это, по крайней мере, так занятно, совсем все видишь: как история разыгрывается. Не мало, чай, за такие книжки денег платят?

– Говорят, автор-то замок уж себе выстроил, – все в том же смешливом тоне отозвался Лука Иванович.

– Видите, вот. А от вашего-то строченья – какая сласть?.. Сидите, сидите… то одну книжку почитаете, то другую, почнете потом из угла в угол комнату межевать, а там, глядишь, первое число придет…

Она не договорила и только мотнула выразительно головой.

– Что ж делать, Аннушка, – не торопясь выговорил Лука Иванович, – таланту такого нет, как у "господина Белло-с". – Он выговорил последние слова с интонацией Мартыныча.