Долго ли?

Его собеседница давно казалась ему несколько странной особой; никогда не мог он, при встречах с нею, взглянуть на нее совершенно серьезно; но почему же на этот раз ему сделалось бы жалко, на особенный лад? Не предстала ли перед ним его собственная житейская дорога, его серенькое сочинительство, только находящееся в состоянии наивного пыла?

"И не все ли равно, – подумал Лука Иванович, дожидаясь возвращения девицы Гущевой, – какие там слова она вложит в уста своей героини? Никому из нас от этого легче не будет".

Его мысль пошла бы дальше по тому же направлению, если б шорох портьеры справа не заставил его обернуться и даже привстать.

VII

Свежим воздухом пахнула на него вошедшая в гостиную та самая женщина, в лиловом платье, которая поразила его накануне. Только тут она была одета в зимнее пальто с опушкой, в виде мужского полушубка. Бархатная шапочка с околышем слегка прикрывала голову.

Лука Иванович пришел в такое смущение, что даже схватился за шапку. Но это было только на одно мгновение.

С ним заговорили и не дали ему предаваться дальнейшему малодушию.

– Вы к Елене? – спросила она весело, оглядывая его и громко дыша. Щеки ее так и пылали. Над большими серыми глазами довольно резко выступали очень густые брови. Крупная верхняя губа заметно оттенена была пушком.

– Да-с, – проговорил Лука Иванович и положил опять шапку на диван.

– Вы ее видели?.. Ах, извините, я вас не прошу садиться! Пожалуйста.

Она сама села, но так, как садятся на пути.

Сел и Лука Иванович, уткнувши обе ладони между колен.

– Или она еще не выходила, так я пойду ей сказать?

– Ваша кузина сейчас придет, мы с ней виделись, – выговорил он уже солиднее.

– А вы знаете, кто она – моя кузина?.. Значит, мне не нужно вам представляться… Я очень рада, что вы посетили Елену. Вы, может быть, мне не верите, что Елена, точно нарочно, не хочет меня знакомить ни с одним писателем.

– Да оно, может, и лучше.

– Почему же? Это, должно быть, очень забавно? Только вы вот увидите, она придет и надуется.

Ей неприятно будет, что я помешала ее авторским… confidences [3 - Здесь: откровениям (фр.).]. А ведь она пресчастливая, не правда ли?

Лука Иванович, совсем приободрившись, ответил с улыбкой:

– Пожалуй, и так.

– Пресчастливая! Ночей не спит; а днем все ходит из угла в угол и на кусочках бумажки все записывает, все записывает. Лицо у ней так и горит. Руки дрожат в нервной ажитации.