Тройная метка. Право на отцовство

Он обхватил ладонями мое лицо и наклонился, невесомо касаясь моих губ своими.

– Гром, – тихо выдохнула, опасаясь, что на нас смотрят.

– Тише, персик, я подтверждаю свои права на тебя. Да и ты слишком сильно нервничаешь, тебе нужно расслабиться, – произнес хриплым тоном и прикусил мою нижнюю губу, после сминая ее в грубом и собственническим поцелуе.

Не знаю, сколько прошло времени, ведь я потерялась в ощущениях, чувствуя, как расслабленно растекаюсь по телу Грома. Совсем бы улетела в нирвану, но в какой-то момент нас отвлек чужой грубый кашель.

– Постыдились бы меня, голубки, – прозвучал следом знакомый язвительный голос Агуара. – То одна парочка тут непотребствами занимается, то другая. А обо мне кто подумает? Я ведь одинокий самец в самом расцвете сил и с низменными плотскими потребностями. В конце концов, я завидую.

Постеснялась смотреть на парня, мне хватило и его слов. Вместо этого подняла голову, выдыхая раскаленный жар из легких, и расфокусированным зрением глянула вбок, вот только не рассчитала и сразу же столкнулась с напряженным взором Раниля, который стоял у стойки со стиснутыми кулаками, лежащими вдоль тела.

Его грудь часто вздымалась, а волосы были взъерошены, словно он пробежал огромное расстояние или… Про остальные предположения думать мне не хотелось, но я невольно и, не желая того, перевела взгляд на губы Марун. Не припухшие.

Она не выглядела девушкой легкого поведения, готовой поддаться на флюиды самца, и оттого я ощущала себя более неуютно.

Ведь я была полной противоположностью идеала, представшего передо мной во всей своей чистокровной красе. Может, прав был дядя Майрен, когда говорил, что полукровки – другая категория женщин, не та, которую можно вывести в приличное общество?

Грязный секрет. Вот кто я для Раниля. Он подтвердил мои мысли, когда отвернулся от меня на очередной отклик портнихи и достал из кармана портмоне, вытаскивая оттуда внушительные купюры.

Плату за платье. Подарок для Марун в честь их помолвки.

Глава 12. Метка судьбы

Портниха подобострастно улыбнулась, практически заглядывая Ранилю в рот, но он не обратил на нее ни малейшего внимания. Все его тело выглядело натянутым, как гитарная струна, а сила, которую он источал, чудом не опрокидывала меня оземь. Он плохо контролировал себя, отчего воздух вокруг сгустился и стал вязким, затрудняя мое дыхание.