Очарованная небом. Изгой

– А какая самая крупная? – я с интересом смотрела на разговорившегося парня, беззастенчиво рассматривая его приятное, улыбчивое лицо.

– Нагарский горный певун. Они примерно в пять раз больше Шаккара.

– Вот это да! – восхищенно выпалила я. – Такая громадина! А почему певун? Драконы, что, умеют петь? А как они поют, как птицы или скорее ревут, как коровы?

– Потому что много болтает, – усмехнулся юноша. – Как ты сейчас.

Я сконфузилась.

– Простите, господин.

– Ничего, мне нравится твое любопытство.

Девочкам несвойственно интересоваться драконами. Вам положено их бояться.

– У меня положено на то, что мне положено! Надоело уже! Сейлин, ты девочка, люби стирать, доить и стряпать! Бойся того, бойся этого! Сюда не ходи, там не стой! Это невозможно просто!

Синие глаза юноши округлились, а я поняла, как сильно сглупила. Брякнувшись на колени, я опустила голову и снова пролепетала невнятное «простите, господин». Ответом мне был заливистый хохот. Я даже не поверила своим ушам и решилась поднять голову.

Он смотрел на меня, как на диковинного зверька, широко улыбаясь, и потирал пальцами подбородок.

– Ты смешная, Сейлиндейл Мар. Надо бы забрать тебя во дворец. Ты бы там всем понравилась.

– Мне нельзя во дворец, – в ужасе прошептала я. – Меня мама не отпустит.

– Я шучу, – он жестом приказал встать. Я послушалась. – Если бы ты была мальчиком, я бы прямо сейчас без смотра отобрал тебя в Академию. Но раз тебе повезло родиться девочкой, я просто отвечу на еще один любой твой вопрос.

Немного подумав, я спросила:

– Скажите, господин, а можно мне тоже научиться летать на драконе?

Юноша удивленно вздернул брови.

– Тебе?.. – он улыбнулся в раздумьях. – Ну, если вырастешь и не передумаешь, буду рад поприветствовать первую в истории женщину – всадника. Но почему-то мне кажется, что ты еще сто раз передумаешь. У такой красивой девочки, уверен, будет много женихов.

– Мне не нужны женихи!

Я надулась, а юноша погладил меня по голове:

– Ладно, ладно.

Вырастешь и сама поймешь, что тебе нужно, а что нет. А теперь ступай и посмотри представление. Шаккару надо от тебя отдохнуть.

И не только ему, кажется. Я была безмерно благодарна этому милому юноше. Он мог бы прогнать меня, только увидев, а вместо этого рассказал столько интересного. Я не посмела спросить его имя и, поблагодарив, вышла на улицу. В моей голове никак не укладывалось столько новой информации. Горный певун, ардалийский черный… а нет, синий.