Тяжелая судьба

Он обещал не обижать Марису, а, в итоге, вчера у школы стоял с какой-то девушкой и дома с ней целовался. Я не могу быть с этим согласен, но также не могу быть и против. Ей необходимо окончить школу.

– Так ему нравится Мариса? – разве это так очевидно?

– Да, еще с того года, когда произошла та небольшая трагедия, – небольшая, пф. – И Марисе он нравится, но, после вчерашнего, я в этом не уверен.

– Ладно, езжайте. Позже увидимся.

Я села к Алексу в машину, и мы поехали к папе в больницу. Не знаю, но у меня такое чувство, что я будто бы уже в этом участвовала, только не могу вспомнить.

Словно нечто подобное я уже слышала. Стояла рядом с говорившими и не участвовала в их диалоге. И, кажется, с тетей тогда говорил папа. Но почему? И зачем это было вообще нужно. Не понимаю. Словно тогда тоже произошло нечто такое, что сильно перевернуло мою жизнь. Только что именно?

– Алекс, так ты разрешишь Уиллу меня учить?

– Видимо, придется. Ты должна доучиться. Только ничего больше учебы.

– Ладно.

Мы подъехали к больнице, где лежал папа. Там меня запросто пропустили, и мы пошли наверх. Хоть мне и не хотелось портить отношения с человеком, по которому я скучала так долго. И который всегда был на моей стороне. Но сейчас они все против меня. С этими мерзкими тайнами, которые продолжают окружать нас всех.

***

Так тяжело было поверить во все, так еще и спрашивать обо всем папу, но это необходимо, если я хочу понять. Только он ведь может не захотеть рассказывать мне.

Вдруг он вообще откажется и обвинит меня во всем. Я даже не знаю, как он себя чувствует после того случая. Не знаю о его самочувствии. Не додумалась спросить об этом, ведь он лишь задавал вопросы о том, что с нами происходило все то время, что его не было рядом с нами. Какая же я ужасная дочь.

– Мариса, привет. Как учеба?

– Привет. Меня отпустила с учебы тетя Аманда.

– Она директор? – какой он догадливый. Но разве только директор может отпустить из школы посреди учебного дня?

– Да.

Но я пришла по другой причине.

– В чем дело?

– Скажи, у тебя есть младший брат, а у него дочь Анна? – он настороженно посмотрел сначала на Алекса, а потом на меня. – И если есть, почему ты нам о них не говорил?

– Мариса, послушай. Они должны были молчать об этом.

– Почему это они должны были обо всем молчать? – я еле сдерживалась, чтобы не накричать на него и не расплакаться, но все равно уже начинала срываться.