Музыка моря, или Сказка о жемчужине Мухаррака

Поэтому нам тяжело было уговорить ее отпустить тебя в море. Мой отец тоже в одно время был в такой кабале. Но когда я подрос, то постарался сделать все, чтобы отец мой смог рассчитаться.

Прошло уже более пяти лет, как отец так и не вернулся с моря и Даниял почти забыл его лицо. Мальчику было очень приятно услышать любое воспоминание о своем отце. Как бы он хотел быть похожим на него!

– Я хочу быть похожим на своего отца! – с грустью, но гордостью сказал мальчик.

– Будешь стараться, станешь великим мореходом! Этот баркас я купил с помощью твоего отца, так что в какой-то мере я его должник.

Мухаммед дружелюбно потрепал мальчика по плечу.

– А сейчас за работу! В последний раз нырну с тобой вместе, а потом будешь сам, хорошо?

Глава 3

Небольшое парусное судно с двумя мачтами «самбук», как его называют местные жители, стояло на якоре. Паруса были спущены. На борту ловцами жемчугов работали еще четверо мужчин. К Даниялу здесь относились очень тепло и по-отечески.

– Будь осторожен, Даниял, сегодня уж что-то много медуз вокруг нас плавает, – весело щебетал худющий Джаффар.

Эта медуза – особая штучка, ужалит – мало не покажется. Как увидишь кроваво-красный гребень – это физалия! Дуй наверх! В прошлый раз мы еле откачали Камрана, правда, Камран?

Камран был немногословен и просто кивнул в ответ.

– Он просто родился в рубашке, счастливчик! А я уже думал – конец Камрану-молчуну, так и не услышим его голоса бедняги. А он раз и ожил. Открывает закатанные глаза и спрашивает заплетающим языком: «Ты знаешь, какой самый жаркий поцелуй?» Я так и обмер в недоумении, думаю, одной ногой на том свете и все о чем-то не о том думает.

А он сам и отвечает: «Поцелуй медузы!» – И Джаффар чуть не упал с баркаса от заливистого хохота, продолжая тараторить:

– Я так и возликовал: «О, Аллах, Камран умеет говорить! Спасибо этому случаю, а то бы никогда не услышал его голоса!» Нет, ты представляешь, одной ногой на том свете и все об этом?

Вся одежда ловцов – набедренная повязка да тростниковый зажим, висящий на шее, делали тело Джаффара и без того худого костлявым и смешным.

И обычно всей команде было весело не от шуток этого доброго малого, а от самого его вида, когда он потешался своими рассказами. Даниялу нравился Джафар с его шутками и необыкновенной открытостью. Даже его худоба шла ему, иначе это был бы не Джаффар.

– Джаффар! Подумай, как бы ты уже оказался в воде! – Мухаммед решил поторопить братию.