Такая разная любовь

Я не могла и слова вымолвить. Мне было очень тяжело. Лив прижалась ко мне еще сильней, а Мэтт обнял. Словно именно я начала этот конфликт. Зачем им всем я? Зачем? Не могу понять.Кто я такая? Сейчас я хочу в этом разобраться. Почему Сабрина доказывает мне, что мы – сестры? Не знаю, как разбираться во всем этом.Мэтт посадил меня на диван, а сам отвел Джонни в сторону поговорить. Лив сидела рядом прижавшись ко мне. Рядом с диваном остался только Итан. Лучше бы и он ушел.

Тут еще и в дверь позвонили. Вот не дадут мне спокойно уйти в свои мысли.

Итан пошел открывать дверь. Пришла Сьерра, а вместе с ней и Наоми. Да что им надо?Наоми подбежала ко мне с бешеной скоростью.

– Так это ты забрала Лив? Да кто тебе позволил? Она не твоя!

– А что, твоя? Позволила Сабрина, – я встала напротив ее и не могла понять, что ей от меня надо.

– Она моя. Сабрина обещала мне.

– Какая же ты странная. Это ребенок, а не игрушка, которую обещают всем подряд.

Наоми ударила меня туда, где было больно после воспоминания от Сабрины.

Я упала, хорошо хоть на диван, и чуть не потеряла сознание.Джонни успел ее остановить, когда она собиралась ударить еще раз. Он посадил ее на противоположный диван.

– Что ты делаешь, Наоми? Ты совсем с ума сошла?

– Она забрала Лив. Сабрина обещала ее отдать, если ей придется бежать.

– Успокойся! Ты пришла сюда, чтобы покалечить мою сестру?

– Может быть.

– Джонни, я – твоя сестра! Она тебе никто.

– Я тебя не знаю. Ты исчезла из нашей жизни очень давно.

– А почему Мэтт молчит?

– Потому что он очень волнуется за Лоту. Она еле терпит, чтобы не потерять сознание. Вы обе сейчас пришли в чужой дом и начали оскорблять хозяйку этого дома. Сьерра, езжай к родителям. Уж им-то очень понравится идея того, что ты будешь жить с ними.

– Я не могу. Сейчас я живу с родителями Сабрины. Они мне не разрешат.

– Интересно, почему?

– Пока они не увидят свою родную дочь, не смягчатся и не отпустят меня, – я удивленно посмотрела на эту вредную девчонку.

Это объясняет то, почему последнее наказание для Сабрины – смерть. Но все равно не могу понять, как связано то, что они отпустят Сьерру и увидят меня. Не понимаю.

– Поэтому они такие суровые? – у меня вновь появился дар речи.

– Да, – она произнесла это очень тихо, будто бы боялась, что родители Сабрины услышат это.

– Тогда зови их сюда, – она посмотрела на меня с надеждой, как если бы я дала ей возможность жить в другом месте с теми, кто ей дорог.