Возьми меня, Господин

Она на пределе, – ориентируясь по косвенным признакам, резюмировал врач. – А я займусь рвотным.

Услышав приговор, студентка совсем обессилела – и затряслась в беззвучных рыданиях… Однако на отчаянные меры пойти не рискнула. А мужчина приготовил новый раствор, судя по цвету – крепче прежнего, и возвратился к своей жертве ровно к концу процедуры. Как ни странно – с пустыми руками.

– Молодец. Хорошая девочка… – коснувшись наконечника, удовлетворённо протянул он. – Отдохни десять минут.

Можешь даже лечь, если хочешь.

Удивительно, но подозрительно ласковый тон студентку не насторожил. Более того, она тотчас воспользовалась предложением – и плюхнулась на стол, жалобно застонав… А врач неторопливо вытащил насадку, тщательно её осмотрел – и небрежно сунул туда, откуда достал.

– Нет! – само собой вырвалось у девушки. – Зачем это? Что вы…

– За всё надо платить, – недослушав, пояснил мужчина. – Наслаждайся. Только молча.

И продолжил свои игры.

Он то извлекал тонкую, слегка изогнутую пластиковую трубку, то погружал её обратно в анус. То полностью, то всего наполовину… Действовал то нежно, то грубо. А девушка терпела, не пытаясь ни отстраниться, ни как-то иначе избежать внимания мучителя… Терпела – и почему-то краснела. Но не целиком, как бывает от натуги, а лишь щеками… Словно действительно получала удовольствие.

– Можешь идти, – прекратив развлекаться, разрешил врач. – Продолжим позже.

А то ты и правда лопнешь… Раньше времени.

4

– На место, – по прошествии новых пяти минут, обронил мужчина.

– Но я ещё не закончила… – попыталась возразить студентка.

– Пререкаешься? Полученных уроков было недостаточно? Повторить?

– Нет! – испуганно подскочила девушка. И на всякий случай понуро опустила голову: – Простите…

– На место, – приняв извинения, махнул рукой врач. – Вторая поза. Посмотрим, как ты усвоила материал.

И хотя было очевидно, что пациентке очень, безумно не хочется снова проходить через крайне неприятную и унизительную процедуру, дальнейшего сопротивления не последовало. Всё так же обречённо глядя в пол, она прошла к столу, раза со второго на него взобралась и покорно встала на четвереньки, оттопырив филейную часть. Её попа ходила ходуном, ноги дрожали – то ли от холода, то ли от слабости – однако врач не придал этому значения.