Его светлость. Роман

Леронт, слыша вольное повторение давешней истории, хотел было под шумок исчезнуть, но дядя взглядом пригвоздил его к месту. Через минуту бессвязного рассказа Дарен прервал князя:

– Идите спать, ваша светлость. Идите, идите. Сейчас вам подадут настой пустырника и, даю слово – этой ночью больше не потревожат. Проводите его светлость, – обратился он к местному знахарю, приставленному для услуг, и бросил Леронту: – А вы останьтесь, сударь.

– Я вас внимательно слушаю, дядя, – глядя в сторону, сказал тот.

– Еще хоть раз Расин под твоим присмотром напьется до такого состояния, лишу денежного содержания на месяц вперед.

– Отнимать я у него должен?! – вполголоса возмутился Леронт. – Он сам…

– И отнимешь. Либо иди к своему приятелю-трактирщику подносы таскать и тарелки мыть…

– Дядя, совесть-то есть у вас? Я ничего, я отговаривал!..

– Все, спать, – недовольно прервал старший, – завтра подниматься на восходе. Надеюсь, ты меня понял.

Ранним утром, чуть забрезжила над Галартэном заря, из-за отвалов старого рудника, заросших колючим кустарником, показалась небольшая фигурка, закутанная в ворох пестрых тряпок.

– Напился я, почудилось мне, глядите-ка! – бормоча, фигурка прокралась по мосткам, подобрала края покрывал, которые волочились следом. – Ничего, скоро по-другому запоете…

Его светлость походил кругами в лопухах, выбрался на открытое место и внимательно оглядел поляну. Ага… За сваленными в кучу бревнами трава была вся белая от росы.

Небо светлело, и над Галартэном тянулись первые лучи.

И вдруг он нашел… Да, что-то было. Расин зажал что-то обоими руками и вытащил из ямы. А в следующее мгновение старый рудник огласился громогласным хохотом.

– Что ржете, как конь! – вопил Расин, стоя по щиколотку в навозе и пытаясь вытереть руки о мокрую траву.

– Простите, ваша светлость… – задыхаясь от смеха, ответил Леронт. – Я… сейчас позову кого-нибудь… Нет-нет, стойте так, а то еще больше увязнете!

– Я вам позову! Куда пошел!

– Минутку! Мгновение, ваша светлость! Вы только спрячьте… спрячьте подальше, а то отберут! Столько охотников! – и Леронт, хохоча во все горло, побежал было за подмогой, но с полпути вернулся, вспомнив вчерашнюю угрозу.