Перстень Рыболова

Зеркальце таинственно мерцало рядом, словно разлитая лужица, и неудержимо тянуло к себе. Старое зеркало старого чародея.

Зачем старик оставил его, ведь понял, что у Гессена на уме… Не хотел бы, чтоб трогали, так забрал бы! Гессен взял зеркальце и положил на раскрытую ладонь. Блеклая гладь отражала беленый потолок. Треск свечей смолк, они прогорели, из подсвечников шли сизые дымки. В часовне было тихо.

«Нет, молчит», – подумал Гессен, хотел вернуть зеркальце на место, но тут зеркальная глубина замутилась. Матовая гладь пошла кругами, будто Гессен держал чашу, а в ней плескалась вода.

Плескалась всё сильнее, еще чуть-чуть – и хлынет через край. Когда вода успокоилась и круги разошлись, потолок часовни в зеркале не отразился, а появилась темная комнатка, заставленная рухлядью.

Гессен пригнулся ниже, не веря глазам. Да, каморка. На стенах холсты, пыльные и засиженные мухами. Единственное окошко загромождено ларцами и сундуками почти доверху, и свет падает узкой полосой на ковер, тоже старый, истертый.

А в комнатенке стоял… Неужели он? Это лицо Гессен часто видел на портретах и не мог обознаться. Принц Серен.

Вокруг принца крутился маленький старик. Был он колдун, как понял Гессен, но колдун не по рождению, а выученик чародея. Старик суетился и дергал себя за поясок, на котором болталась всякая мелочь: кошелек, чернильница, гребень, монетки…

Серен оглядывал каморку, и вдруг встретился взглядом с Гессеном. «Зеркало, – мелькнуло у мальчика, – там висит зеркало. Я смотрю из него, а он видит свое отражение…»

Старик поймал взгляд принца, угодливо закивал и подвел гостя прямо к зеркалу.

У Гессена сердце сжалось от предчувствия страшного, непоправимого: он видел, как за спиной Серена колдун силился сдержать глумливую улыбку, которая так и лезла из него.

Принц вгляделся в глаза своему отражению, смотрел долго, удивленно, не сводя глаз. И тут что-то содрогнулось в темной глубине зеркала. По нему пошли трещины, всё быстрее разбегаясь по поверхности черной паутиной.

Серен отшатнулся, а в следующий миг Гессен увидел, что его лицо начало меняться. Кожа посерела и сморщилась, будто принц старел на глазах. Глаза померкли, округлились… От ужаса у Гессена выступил пот.

– Откуда? – шептал он, не отрывая глаз от страшной каморки. – Откуда это всё?..

Зеркало в комнатенке разбилось вдребезги, словно от сильного удара изнутри. Стены заходили ходуном, пол каморки полетел прямо на Гессена. Мальчик выронил зеркало и лишился чувств.