О жизни и сочинениях Кольцова

О жизни и сочинениях Кольцова

Виссарион Григорьевич Белинский

О Кольцове Белинский писал еще в пору их первоначального знакомства. Прекрасное знание условий жизни воронежского поэта, продолжительное личное общение с ним во время его приездов в Москву и Петербург позволили Белинскому с большой силой обрисовать в этой статье самобытную личность поэта-прасола и раскрыть во всей полноте трагедию его жизни. В этом отношении статья Белинского сохраняет до сих пор значение биографического источника первостепенной важности.

Виссарион Григорьевич Белинский

О жизни и сочинениях Кольцова

Русский быт —

Увы! – совсем не так глядит,

Хоть о семейности его

Славянофилы нам твердят

Уже давно, – но, виноват,

Я в нем не вижу ничего

Семейного… О старине

Рассказов много знаю я,

И память верная моя

Тьму песен сохранила мне

Однообразных и простых,

Но страшно грустных… Слышен в них

То голос воли удалой.

Все злою долею женой,

Все подколодною змеей

Опутанный, – то плач о том,

Что тускло зимним вечерком

Горит лучина, – хоть не спать

Бедняжке ночь, и друга ждать.

И тешить старую любовь, —

Что ту лучину залила

Лихая старая свекровь…

О, верьте мне: не весела

Картина – русская семья…

Семья для нас всегда была

Лихая мачеха, не мать.

    А. Григорьев.[1 - Эпиграф взят из «рассказа в стихах» Ап. Григорьева «Олимпий Радин» (1845), напечатанного в журнале «Репертуар и Пантеон» (1845, т. X, № 5, стр.

313–330). В тексте статьи Белинского в издании 1846 г. эпиграф был полностью выпущен цензурой.]

Издавая в свет полное собрание стихотворений покойного Кольцова, мы прежде всего думаем выполнить долг справедливости в отношении к поэту, до сих пор еще не понятому и не оцененному надлежащим образом. Конечно, нельзя сказать, чтобы Кольцов не обратил на себя общего внимания еще при первом появлении своем на литературное поприще; но это внимание относилось не столько к поэту с сильным самобытным талантом, сколько к любопытному феномену.

Большею частию в нем видели русского мужичка, который, едва зная грамоте, сам собою открыл и развил в себе способность писать стишки, и притом недурные. Все поняли, что, по таланту, Кольцов выше Слепушкина, Суханова, Алипанова; но не многие поняли, что у него решительно не было ничего общего с этими поэтами-самоучками, как их тогда величали. Впрочем, это естественно, и тут некого винить.