Нужда песенки поет

У нас благородные останавливаются… На каждой соринке взыскивают… День-деньской как лошадь, прости господи, ни тебе уснуть, ни тебе…

– Ива-а-ан! – закричали на дворе.

– Тьфу, чтоб вам! Расхватывает же их, чертей!

– Ива-а-ан! Ты оглох?..

– Сей-час! О-о, чтоб вас разорвало!.. Сей-ча-ас-с!.. Давай бумагу-то! – швырнув сапог в угол, заключил Иван и торопливо вошел в мой нумер.

– Вон бумагу принес, – сказал он, сунув ее в мои руки. – Почитайте-кось… Надо быть, на бедность просит… А ты, любезный, – говорил он в коридоре, – ты в другой раз сказывайся… Нам этого нельзя… Шут тебя знает, кто ты такой? Сейча-ас! – ответил он на голос со двора и бросился по коридору.

Я развернул бумагу и прочитал следующее: «Господин Иванов, пиро– и гидро-техник, на короткое время прибывший в г. N, честь имеет доложить высокопочтеннейшей публике, что имея искусство в египетской, арабской, ефиопской, индейской, халдейской и других магиях и состоящей из новых фантастических опытов и призраков тайной и натуральной увеселительной магии, что давая оные представления в высокоблагородных домах, по весьма умеренным ценам, с аппаратами и без аппаратов, попури из мира чудес, каббалистика[1 - Каббалистика – средневековые магические «науки».

] и чревоувещевание по весьма сходным ценам; также индийское ескамотирование[2 - Ескамотирование (правильно эскамотирование) – здесь: фокусы, основанные на ловкости рук. ], гирлянда роз, невозможность в действии, обезглавление головы, носа и других частей тела, и проч., и проч., и проч…»

В конце было прибавлено: «льстя себя надеждой», и красовалась подпись: «Пиро-гидро-техник Капитон Иванов. Сего числа…»

Фокусов в подобном роде было насчитано очень много, и мне очень захотелось поскорее и покороче познакомиться с их автором; кроме того, мне было весьма интересно видеть соотечественника, подымающегося на такие штуки, просто как бедняка и, следовательно, человека несчастного, много видевшего на своем веку, и, наконец, потому даже, что этого Капитона Иванова можно просто усадить на диван и напоить его, беднягу, чаем…

Я так и сделал.

Капитон Иванов, робко и поминутно раскланиваясь, вошел в мою комнату.