Если…

Как и раньше, лицо Вовы, который стоял на лестничной площадке позади меня, по-прежнему имело выражение невозмутимой безмятежности. Но, когда дверь квартиры отворилась и на пороге выросла крепкая, широкоплечая, высоченная фигура моего отца, лик умиротворенности резко сменился нервозностью, а холод в глазах ошеломлением. (Сейчас этот эпизод вызывает у меня ехидный смешок, тогда же он вызвал жалость.) Вова еле-еле выдавил из себя заезженное: «Здравствуйте!». Мы вошли, разулись, гуськом проследовали в гостиную и расположились там на большом угловом диване в разных его концах.

«Всем встать – суд идет!» – подумала я.

– Ну что? Будем знакомиться? – добродушно спросил папа, занимая место между нами. Интонация и тембр его голоса значительно помогли нам расслабиться.

– Владимир, – собравшись духом, как отрезал, проговорил молодой человек.

– Сергей Александрович, – в том же тоне продолжил родитель, протягивая руку для пожатия.

– Очень приятно! – с серьезной и важной физиономией, как на деловой встрече, сказал мой кавалер, вытягивая шею от нескрываемого удовольствия, что ему пожали руку как уже взрослому человеку, как Мужчине.

От этого забавного зрелища отвлекла мама. Выйдя из кухни, она остановилась в дверном проеме зала и со слегка зловредной, «судейской» улыбкой на устах соответствующим тоном произнесла:

– Ну, здравствуйте, Владимир! Меня зовут Оксана Владимировна! Чай будете?

Честно признаюсь, мой дорогой читатель, что, к сожалению, не помню Володин ответ на столь заманчивое предложение испить чаю, и смею надеяться, что Вы меня простите за это, так как это и вовсе бесполезная информация.

Вскоре я покинула гостиную вслед за мамой, где вовсю уже шел мужской разговор. Мы ушли в мою комнату: я – переодеться, она – помочь мне прихорашиваться. А если начистоту, то поболтать, конечно же.

– И как он тебе? – воодушевленно поинтересовалась я.

– Мне не нравится! Он нехороший!

– Почему? С чего ты это взяла? Я ничего такого не замечала! – в моем голосе прозвучал протест.

– А ты повнимательней посмотри ему в глаза! Я пока еще не поняла что именно, но что-то очень нехорошее в нем есть. Он не тот человек, за которого себя выдает. Присмотрись!

Эти слова сильно задели за живое. Тогда они не заставили меня задуматься, только обидели до глубины души. Ведь как мама могла определить наверняка какой он, когда она знает его всего пять минут? Мне же виднее! Мы с ним уже почти два месяца встречаемся! (Примерно такие были у меня мысли.