Розочка и подарок Деда Мороза

Покой и довольство; вообще, все желанное, все то, что покоит и доводит человека, по убежденьям, вкусам и привычкам его»…

– Как правильно сказано, – обрывала на этой фразе монолог мать и промокала белоснежным платочком уголки глаз. – Боюсь я за отца, как он там, в студеном, беспощадном океане…

Она читала строки из стихотворения Константина Бальмонта «Океан». Её звонкий голос отражался от просторных стен и высокого потолка, гас в большой хрустальной люстре:

«Вдали от берегов Страны Обетованной,

Храня на дне души надежды бледный свет,

Я волны вопрошал, и Океан туманный

Угрюмо рокотал и говорил в ответ.

«Забудь о светлых снах. Забудь. Надежды нет.

Ты вверился мечте обманчивой и странной.

Скитайся дни, года, десятки, сотни лет,-

Ты не найдешь нигде Страны Обетованной»…

Как знать. Но выбор стихов про океан у мамочки Розочки был не совсем идеологически выдержанным. Быть может, приведи она строки поэта Николая Тихонова: «Великим океаном нашей жизни Сейчас плывем к тем дальним берегам, Что назовём землею коммунизма… Наш долгий путь закончим только там», она нашла бы успокоение своей мятущейся душе.

Как знать. За всё надо платить. И за возможность идти своим шагом, не повторяя ритм марша миллионов жителей самой большой страны в мире…

Она не хотела мужа, которого сделали из самых крепких в мире гвоздей. Как там, у того же незабвенного Николая Тихонова: «Гвозди б делать из этих людей: Крепче б не было в мире гвоздей». Её пугали строчки того же Тихонова, предваряющие строки про знаменитые советские гвозди в «Балладе о гвоздях»: «Адмиральским ушам простукал рассвет: «Приказ исполнен.

Спасенных нет»…

Так оно и получилось. Через несколько лет. Командир атомной подводной лодки Ахметьев проявил мужество при ликвидации пожара на вверенном ему плавательном средстве и погиб смертью героя, сказал матери Розочки в штабе дивизиона подлодок суровый контр-адмирал. Никто и ничто не могло спасти его и остальных членов экипажа. Секретный, пока не серийный образец новой субмарины, несущий на борту разрушительные по своей мощи баллистические атомные ракеты, не должен был попасть в руки стратегического противника.

Они, американцы, были рядом, свои – очень далеко. Просто не хватило времени своим прийти на помощь. Подлодка ушла в пучины Атлантического океана, быть может, в лучший сейф для хранения секретной информации на глубине 8 километров. Об этом ни слова не сказал командир дивизиона.