Берег Живых. Выбор богов. Книга третья

– Давно это было… – лёгкая улыбка, полная светлой печали, тронула губы Императора, когда он вспомнил даже не общее их дело – свою царицу, единственную Владычицу его сердца. – Да, мой Великий Управитель, хранитель секретов, ты ни разу не подводил меня. Но сейчас мне нужно другое оружие – то, что Боги сами вручили мне.

– Охотник, что идёт по следу… Я ведь понимаю, что ты сделал, Секенэф. Ты не зря упомянул, что Закон – твоё оружие и твои оковы. Дом Владык, к которому принадлежит и царевич Хэфер, не может рисковать раздорами среди могущественных фракций Империи.

Но Воин Сатеха свободен, и ты доверил ему разрушение сети заговора.

– Ему подвластен огонь, сжигающий паутину лжи.

– Ты дал ему свободу действий, веря его суждениям о справедливости… И все детали нашего расследования ты передал ему, чтобы он исполнил то, чего не можем сделать мы… Я понимаю это, Секенэф.

Владыка молча кивнул. Говорить дальше было всё сложнее, но Хатепер уже принял решение.

– Скажи хотя бы, какую роль во всём этом играет «чародей с двумя лицами»? Мы можем не знать всех союзников Саэлвэ на нашей земле, но этот колдун – точно один из них.

История давностью в несколько поколений повторяется.

Взгляд Секенэфа был непроницаемым.

– Как раз его роль и должны выяснить те, кому ты это поручил. Твои Таэху, вынюхивающие след к храму в песках. А то, что я имел сказать тебе о Владыке Каэмит – я уже сказал.

Хатепер тяжело вздохнул.

– Я хочу верить тебе, мой брат и Император.

Хочу верить тому, что ты видел: что он, этот клинок твоего справедливого возмездия, всё ещё Хэфер и останется им. Но Секенэф… я прошу тебя… не передавай трон Обеих Земель культу Сатеха, даже если ему суждено теперь возродиться. Ты призвал меня в прямую ветвь, чтобы я защитил твоих наследников. Доведи же то, что начал, до конца, мой Владыка.

Не было нужды объяснять всё, что стояло за этими словами. Несколько долгих мгновений Секенэф смотрел ему в глаза, потом взгляд скользнул выше, к золотому навершию рога, целостность которого он собственноручно восстановил в храме Ваэссира.

– Я знал, что мой двор поддержит тебя, – произнёс он наконец. – А теперь знаю, что поддерживает и царица.

– Прежде я полагал, что ей трудно будет смириться с тем твоим решением, но…

– Вы – опора моего трона, и ваше единодушие не может не радовать меня, – голос Императора оставался бесстрастным, не выражая никакой радости.