Канцелярия

Серый купол неба нависал над городом. Моросил дождь, отчего улицы и дороги приобретали черный оттенок. Брусчатая плитка становилась скользкой, можно было поскользнуться и полететь кубарем. Стоило идти под руку. А если не с кем?

Машины с включенными фарами ползли по дороге, останавливаясь на светофоре и окрашивая перекресток на минуту в красный цвет.

– Господин Р., людей примите?

– Да, пусть идут, – пробормотал в телефон и глянул на дверь: – Я как раз только вошел в раж.

Залетел господин, весь красный от раздражения.

– Какого черта вы дали первую форму? У меня же двое маленьких детей, жена только что… родила… – он замялся, когда поднял глаза. – Какого черта? Вы кто? Где этот ублюдок?

– Я вместо него сегодня.

Гражданин стоял в нерешительности. На этого работника не было смысла кричать, он был неповинен, а внутри все кипело. «Чиновники все одинаковые, этот других губит», – подумалось просителю.

– Да вы все одинаковые, система такова, гнилая она. Какого черта вы губите людей? – снова гневался он.

 – Сидите тут в своей канцелярии и раздаете бумажки – приговоры! – последнее слово он произнес громогласно и четко. – Черствые вы людишки, ничтожные создания, тьфу, – и плюнул на стол, бросил туда свой листок, развернулся и стал было уходить.

– Скажете, наконец, что у вас случилось?

А мужчина уже повернулся, посчитав такой скорый конец неприемлемым.

– В ваших дрянных бумажках все записано.

– Постойте, сейчас я гляну.

Служащий подошел к столу и начал листать журнал.

– Когда вы приходили? Как фамилия?

– Два дня назад приходил, Рогозин.

– Форма номер один, Рогозин. Здесь написано, что вы просили работу.

– Да, я просил работу – нормальную работу, чтобы прокормить хоть как-то семью, – Рогозин ткнул пальцем в стол и, сдерживая злобу, выдавил из себя: – Просил дать работу, а этот ублюдок дал мне путь в загробную жизнь. Не ты… А он, но вы все здесь такие, – угрожающе указал пальцем на работника, – все… Вам плевать на нас, простых граждан. Живете в своем мире, не зная страданий и лишений – БОГЕМА, как же.

Сукины дети вы все – вот вы кто, сукины бесчувственные дети.

Он повернулся уходить окончательно.

– Я могу вам помочь.

– Тот говорил то же самое, – бросил Рогозин через плечо.

– У меня есть работа, как раз сегодня звонили и спрашивали, – на этих словах мужчина остановился.

– Какая?

– Банкир. Вы знакомы с банковским делом?

– Давно не практиковал, – он в нерешительности стоял в дверях.