Васильцев PRO

Скворчали на печке здоровые куски кабаньей вырезки. Застолье намечалось долгим.

– И здоров же был, – восхитился молодой, почти незнакомый парень, вертя в руках вырубленные из пасти подклычники. – Да, удалась охотка, – и осекся под Лешкиным взглядом.

Я сидел у камина. И эта бестолковая болтовня была ничуть не хуже игры огня в камине и прочей мишуры, застилающей бессмысленный трагизм происходящих событий. Сегодня я потерял друга. На глазах и навсегда. Другие исчезают незаметней. Жмут руку и садятся в поезд. Обещают вернуться и не возвращаются.

Но там еще остается надежда. Великое слово.

– Ну, не горюй, – подлил сосед жидкости в рюмочку. – Все в жизни бывает. Это ведь только пес.

Да! Классная была охота. Я улыбнулся, вспомнив как Дарка драла за уши, обучая охотничьей премудрости бестолкового еще Звона – наследника Рыдала. Как неслись гончие по прозрачному осеннему лесу или в тумане, фосфоресцирующем в свете луны. Как призывно пел старинный, еще дедовский рог, и хрустели под ногами подернутые инеем листья.

Охота. Жуткая страсть, которая не подчиняется никаким доводам рассудка с его бездарной целесообразностью. Ритуал, где в конце обязательно совершается вынос тела – такой же, как сама жизнь.

ПРО ТО, КАК МЫ ЕЗДИЛИ НА ОХОТУ (REMIX).

Явился ко мне Прокопыч аккурат первого апреля и говорит.

– Мы тут с мужиками про охоту вспоминаем частенько. Уж очень она у нас в тему пошла.

– Ну и? – спрашиваю, начиная размышлять, в чем подвох.

– Как и?! – возмутился Прокопыч. – Через три недели весеннюю открывают.

У всех горит.

Долго ли коротко. Собрались – поехали. С учетом предыдущих ошибок, между прочим. Взяли всего по минимуму. Особенно водки. Но Славу-завскладом все равно не уберегли. Он, как только отбыли, заикание лечить начал. Проверенным способом. И, когда приехали, даже "му-му" говорить отказывался.

А остальные что? Выгрузили его вместе с пожитками. На охоту пошли.

Вышел я разлив. Шалашку справил. Чучалки высадил. Сижу. Природой любуюсь.

Тут откуда ни возьмись является мужик в водолазном снаряжении.

– Где, – интересуется, – тут птица держится?

"Молодчина, – думаю. – Может тебе еще про путь в Шамбалу намекнуть?"

– Там, – отвечаю. И машу рукой во все направления.

– Угу, – кивает тот. И исчезает в ближайших зарослях.

"Одно из двух, – продолжаю думать. – Либо взвод "Морских котиков" сменил дислокацию, либо охотничья мода ушла далеко вперед…"

Прокопыч, кстати сказать, тоже за модой следит.