Темный круг. Наследие Вассар

Солдат натянул тетиву и наложил болт, ожидая приказа.

– На поражение, стреляй!

Болт угодил точно в грудь, пробил ее навылет и врезался в стоявшее позади дерево. Безрукий свалился замертво – если мертвое может быть еще мертвее. Остальные не дрогнули и продолжили молча шаркать по высокой траве, подступая к частоколу.

– Приготовиться!

Безрукие ринулись вперед, и, когда оказались в нескольких шагах от заставы, Пяст дал команду. Арбалеты защелкали: около шести десятков болтов вылетели одновременно, пригвоздив безруких к земле.

Осталось всего с десяток существ, они врезались в частокол и тут же угодили на выставленные в просветы копья.

Снова зазвенела в ушах тишина.

– Подайте факелы!

Харрас подошел к воротам, с ним Саввар, увешанный кинжалами и мечами.

Ворота открылись. Они молча глядели на одетые в цвета здебора тела, обезображенные нечеловеческой волей. На первый взгляд – обычные люди, только лишенные рук, с вытянутой вперед нижней челюстью, длинной кривой линией рта и с почти заросшими посеревшей кожей глазами.

Харрас обвел взглядом своих воинов. Лица их были напряжены, в глазах читалась решимость, брезгливость, любопытство, даже сочувствие, но нет, страха он не ощутил. Каждого из них он отбирал лично из сотен других, правдами и неправдами стремящихся попасть в, как всем казалось, самое хлебное место. Служба в отряде здебора действительно оплачивалась очень высоко. Но и требования к воинам были на несколько порядков выше, чем к кому бы то ни было.

Потому что то, с чем приходилось сталкиваться отряду, не каждому под силу.

За годы службы они научились понимать командира без слов и в любой ситуации следовать его четким указаниям. Бывавшие и не в таких переделках, они по опыту знали, что самый главный противник в подобных битвах, когда не человек идет на тебя с оружием, и даже не порождение человеческое, – это страх. Враг, который одному ему известными путями закрадывается в сердца, оплетает их холодными тонкими щупальцами и крепко сжимает, не давая продохнуть.

И с этим врагом борьба всегда идет один на один. И все они точно знали: исход каждой общей битвы зависит от множества единичных побед – поражений в этих незримых поединках.

Харрас приказал сжечь тела. Тела оттащили от частокола и принялись готовить костер.

– И это, боюсь, только начало.

Пяст выразительно посмотрел на Харраса, понимая, что именно тот имеет в виду.