Письма к незнакомцу. Книга 5. Красота

Нидерланский философ придумал нечто о красоте и доверил свои размышления бумаге, мысли были опубликованы, но, конечно, не так как думалось, потому что записать так, как подумалось, невозможно, а потом ещё редактор вносил поправки. Не зря же Михаил Светлов говорил, что литературное произведение – это чистый источник, в котором выкупался редактор.

Что же далее? Далее переводчик перевёл текст на русский и уж, конечно, не тождественно голландскому философу. Результат перевода прочёл граф Толстой, что-то выделил для себя и привёл в своей статье.

Из статьи, ухватившись за перцепции, своё понятие о красоте попытался вывести Ваш покорный эпистолярный слуга.

Игра в испорченный телефон в чистом виде! Понятно, почему Сократ отвергал письменность и делился своими знаниями с учениками только изустно. На то он и вольный грек! А мы с Вами – рабы письменности и её обманов. Продолжим обманываться далее, но другим разом. В завершении примите от Льва Николаевича следующее:

«Кроме того, каждый день являются новые писатели об эстетике, и в суждениях этих новых писателей та же странная заколдованная неясность и противоречивость в определении красоты…»

Крепитесь, Серкидон, мы ещё «покрасуемся» с Вами на всю катушку, но уже не сегодня.

Жму Вашу руку, и до следующего письма.

-3-

Приветствую Вас, Серкидон!

Вперёд, мой друг, за мной, в дебри прекрасного!

В статье об искусстве наш духовный поводырь Л.Н. Толстой упомянул вскользь:

«По знаменитому сочинению Винкельмана[16 - Винкельман Иоганн Иоахим (1717 – 1768), немецкий искусствовед, основоположник современных представлений об античном искусстве, основоположник археологии.

], закон и цель всякого искусства есть только красота, совершенно отдельная от добра».

Вероятно, Лев Николаевич считал, что каждому культурному человеку в России хорошо известно и кто такой Иоганн Винкельман, и какое из его сочинений следует считать самым знаменитым. Остановимся…

Обозначен очередной философ, произнесено его имя.

Что оно для Вас, Серкидон? «Звук глухой в лесу ночном»[17 - А.С.Пушкин]? Перечисленные мною в навалку философы превращаются для Вас один за другим в безликих глашатаев малопонятных мыслей? А ведь все они люди, за каждым – непросто прожитая жизнь, свой жизненный подвиг, свои пристрастия, человеческие слабости.

Расскажу Вам о Винкельмане.

Жизнь у него поначалу не задалась, но потом обрёл он свою путеводную звезду и встал на верный курс.