Письма к незнакомцу. Книга 5. Красота

Невинность гимны мне слагала,

Порок стыдился наготы,

И напоил он ядом жало

В пыли ползущей клеветы[58 - Ф.К. Сологуб.].

Перед тем, как расстаться с вольным творцом Праксителем, скажу о нём напоследок: совсем уж собрался он на вырученные денежки водочки купить с докторской колбаской, кильки эгейской в оливковом масле, да потрапезничать с Фринушкой… Потом, как водиться у скульпторов, рухнуть с ней в мастерской прямо на пол, обнявшись крепко…

Но не срослось, не склеилось.

Вырвали злые люди красотку из объятий ваятеля, из блаженного бытия и поволокли в Афинский суд.

Но об этом судилище в другой раз.

Крепко жму Вашу руку и до следующего письма.

-9-

Приветствую Вас, Серкидон!

Вспомнил, который раз и по случаю слова старика Лао[59 - Лао Цзы.], который остерегал переполнять имеющееся. Почему? А потому, что сущность, достигшая своего верхнего предела, неизбежно превращается в свою противоположность: день становиться ночью, богатство – бедностью, жизнь – смертью.

Гетера Фрина достигла пика могущества, красоты и прославления. Акме! Дом её был полной чашей, деньги к ней текли рекой, а лучший скульптор Афин уподобил её богине Афродите. Как тут головушке не закружиться?! Как тут не почувствовать себя и впрямь богоравной…

Дело было в одну из тёплых греческих ночей. Пришла Фрина к подружкам в элитный публичный дом. Заглянула, как водится, в поисках приключений на свою прекрасную пятую точку.

В своём доме ей не сиделось. Усидишь ли дома летом, когда сердце поёт и хочется чего-то публичного? Молодёжь в ту лихую ночку подобралась озорная, задорная и уже изрядно выпившая. А Фрина им ещё налила. Потом и погуляли, и побалагурили, и подурачились, и хороводы поводили, а под утро разошлись…

Казалось бы, дело кончилось? Нет, имелись последствия. И столь суровые, что оказалась наша шалунья, вся в чёрное закутанная, перед заседателями ареопага.

Не часто такой суд собирали, а только в случаях, если преступление влечёт за собой наказание смертью. Это либо убийство, либо пренебрежение к богам.

А кто компромат подобрал? Кто, по-русски говоря, телегу накатал? И гадать нам с Вами не нужно – субчик безбородый подсуетился. Дождался злыдень своего звёздного часа. Имя злыдня называть не будем, чтобы не запомнить ненароком. Безумца, сжёгшего храм Артемиды в Эфесе, хотели забыть и не получилось.