Грязь. Сборник

Сначала он разглагольствовал о погоде и лампочках, которые были недобросовестно ввинчены в лампы этого заведения, отчего светили менее ярко, чем полагалось. От этой бессмыслицы меня спас грохот упавшего стола и крики. Мы оба обернулись.

На полу лежал парень и не двигался, из его рта еще выливалась тонкая пенящаяся струйка пива. Над ним сразу же склонился мужчина в белой деловой рубашке. Его бока и живот немного свешивались над ремнем.

– Гони к машине и возьми синюю аптечку! – закричал он.

Громила в кожаной куртке, сидевший на стуле около упавшего стола, вскочил и выбежал из бара.

– Бармен, воды, воды! Он сейчас отъедет! М-м-мать…

Пока человек в рубашке пытался голыми руками спасти жизни бедолаге, особо сочувствующие подошли поближе и дали давать советы.

– Заткнитесь! Я всё знаю, не в первый раз. От этой шанхайской дури у некоторых башню срывает вместе с организмом.

Но советы не прекратились и человек взвыл:

– Я пушер, продаю наркотики и знаю, что делать! И в мои интересы не входит, чтобы мои клиенты отъезжали раньше времени! Заткнитесь! – от каждого крика у него краснело лицо.

Немного отдышавшись, он спокойно добавил:

– У меня в машине всегда лежит набор мини-реанимации.

– Легальной реанимации?

В этот момент в бар вернулся громила с аптечкой.

– Ну, конечно же, нет. Я пушер или законник?

– Принёс, босс.

– Отлично, пока я закатываю рукава, доставай желтую ампулу и распаковывай шприц. И не испачкай иглу!

Звук открывающегося замка на аптечке, рвущаяся упаковка, звон ампулы, случайно ударившейся о другие стеклянные сосуды.

Громила повернулся и передал набор своему боссу. Один из сочувствующих склонился над открытой аптечкой и начал читать названия:

– Успокоительное для лошадей? Ты серьезно?

– Положи откуда взял! И не суйся в чужие дела! – закричал пушер, не отрываясь от укола.

Через мгновение он закричал:

– Отлично, бери его за ноги – и потащили, больница здесь за углом, довезём.

И вот пушер, громила и парень, лежащий на их руках, покинули бар.

Столик поставили на место, разбитую посуду убрали. Я повернулся к барной стойке.

– Ты бил когда-нибудь женщину? – задумчиво спросил психолог, смотря на место, куда упал тот парень. – Я нет. Знаешь, почему?

Интересно, что его заставило об этом вспомнить?

– Случай не представился?

– Я бы потом не смог отрубить себе руку за это. А надо было бы, да духу не хватит. Я нежизнеспособен в нашем обществе. Я проигравший. И поэтому здесь.