Эла

 – Все-таки, как ты этого добилась? Ведь проклятье просто так не заработать, кто рискнет проклясть ведьму?

Эла только загадочно улыбнулась и сделала глоток.

– Ну же, расскажи мне, – настаивала Лазура. – Уж на тысячный раз можно.

– Ну, не тысячный, а всего лишь девятьсот девяносто второй…

– Не будь ты такой формалисткой! По-сестрински тебя прошу.

– Ну ладно, слушай. Тебе понадобится один ревнивый любовник и потом, попозже, еще один. Встречайся с ними одновременно, пока не надоест. А потом организуй их встречу в «самый неподходящий момент», – Эла подмигнула.

 – А до этого расскажи ревнивому – как бы невзначай – что убить ведьму можно лишь одним проклятием – timeo domum istam, damnazion aeterna.

– Но это же…

– Да, всего лишь проклятие дома, но он-то этого не знает. Так вот, застав тебя со вторым любовником, он, конечно, жутко разозлится и решит тебя убить. И произнесет проклятье. И voil?! Дом проклят, у тебя на службе любовник, а ревнивец больше тебя никогда не побеспокоит.

Только убедись заранее, что он все хорошенько выучил. Я, например, пока была со своим ревнивцем, напевала слова проклятия.

– Думаешь, у меня получится с Дунканом?

– Конечно! Люди, а особенно мужчины, так предсказуемы.

Девушки засмеялись, а где-то в углу сломалась пополам швабра, сметавшая пыль в кучку.

Когда совсем стемнело, ведьмы вышли в сад за домом, прихватив с собой Старухино наследство – травы, пара гримуаров, заговоренный кинжал и два набора составляющих для ведьмина мешочка.

Они аккуратно разложили все на траве так, чтобы свет луны освещал предметы, и сели, подогнув ноги, на траву рядом. Эла пару раз вдохнула и выдохнула. Ничего сложного в ритуале привязки не было, но сосредоточиться нужно. Постепенно она стала улавливать потоки магии, исходящие от предметов. Прикрыв глаза, она представила свою и их магию в виде световых лент. Выдохнув, направила свою ленту к лентам предметов и стала переплетать их, устанавливая прочную связь со всем, что отвоевала. Теперь эти вещи будут служить ей.

Закончив, девушка открыла глаза. Лазура невидящим взглядом уставилась на разложенные перед ней травы и книги и делала загадочные пассы руками. Эла улыбнулась – сестре всегда было проще «считать на пальцах», как она это называла.

Наконец, Лазура закончила, и, закрыв глаза, потерла их ладонями. Эла собрала принадлежавшие теперь ей вещи и отнесла их в дом.