В барханах песочных часов

Воздух будто окаменел.

– Тишь какая стала, – сказала светлоглазая послушница своей спутнице. И с наслаждением вдохнула густой настой цветущих и вмиг замерших в преддверии грозы трав. – Ой, хорошо-то! И отчего это люди грозы боятся? Видать, веры у них мало, не понимают, что Отец Наш Небесный от всех напастей хранит чад своих, тех, кто не страшный грешник, кто не впускает в душу черноту.

Идущая рядом с ней женщина с просветленным и мятежным лицом опасливо вглядывалась вдаль. По виду это была паломница.

– Далече еще до обители, – отозвалась она. – Ураган застигнет. – И, глянув в высь, заметила: – В небе омут, в нем огни кипят. Я раньше-то чего, гадала я, ведовством тешилась, греха в том не чуя. Недавно в паломничестве я, каялась, крещение приняла, и снова каялась. Страшное открылось мне.

– Что же, сестра, тебе открылося? – У молоденькой послушницы любопытством заискрились глаза.

– Страшное придет в страну, разобьется страна словно стекляшка, лишь осколки кровью брызнут.

Много смерти будет. Люди разум начнут терять, души их кривыми зеркалами станут. Легионы черных тварей из-под земли лезут, в наступление идут…

Оглушительный грохот обрушился с неба. Высокие травы прижались к земле, деревья согнулись в дугу, хотя ветра не было. Внезапно телеграфный столб плашмя рухнул на земь, словно его с размаха срубил кто-то невидимый, по провисшим проводам побежало синее пламя, звук лопнувшей струны надрывно повис в воздухе…

Попутчицы переглянулись.

– Уже началось. Рановато, – произнесла вполголоса послушница. И добавила: – Год-то 89-ый еще только.

– Самое время, – отозвалась ее спутница…

Глава 4

Предновогодняя Москва бурлила, словно с цепи сорвалась. Уходил надоевший 1989-ый, надвигался неотвратимый, словно скорый поезд, 1990-ый, наполненный какой-то тотальной энергией. Город безумствовал, и эта волна праздничной неразберихи, казалось, перекинулась на все вокруг. Семейство Трошиных после некоторых споров решило отмечать праздник дома, хотя Леночка была раздосадована, у нее были свои планы.

Но мама строго сказала, что праздник надо отмечать у домашнего очага, иначе год будет неудачный, и возражать тут нечего. Леночка выскочила из комнаты, хлопнув дверью, но потом смирилась. В кухне уже кипела работа, готовились салаты, пеклись пироги… Мама вдарилась в кулинарные изыски, подключив всю свою творческую энергию.