В барханах песочных часов

За столом Боб похвастался недавно опубликованной своей статьей в «Правде», занявшей почти целый разворот. Статья называлась «Осторожно! Цепные псы перестройки сорвались!»

– А, так это ты! – воскликнул Трошин. – Как я сразу не врубился, что Б. Борисов, это Борис Божмеров. Ты, по этой статье, мой идейный противник получаешься, Боб. Вообще, странно, казалось бы, тебе-то в первую очередь надо плюнуть в коммуняк, а ты наоборот их поддерживаешь.

– Я над схваткой, Саша, – уточнил Боб, многозначительно подняв указательный палец.

 – На цивилизованного человека не должны оказывать влияния никакие догмы, будь то коммунистические, демократические либо иные. Я считаю, что основным мерилом целесообразности любой политической идеи должно быть благополучие народа. Слава богу, вековой опыт человечества тут на моей стороне. А вообще-то, давайте сменим пластинку, все это мне до чертиков надоело. Надо большую часть своего времени занимать мыслями и разговорами на тему «Любовь, секс, дети, цветы, мороженое». Вот так надо свои мозги разгружать!

– Менять «пластинку», так менять, – лукаво блеснув глазами, сказала Леночка, – интересно, как во Франции относятся к групповому сексу? – спросила она совершенно серьезным голосом.

– Ну ты даешь, Ленка! – засмеялся Трошин, а Ирина Николаевна только головой покачала.

Но Боб не из тех, кто за словом в карман лезет, и кого можно смутить подобными вопросами.

– Айн момент, господа! – воскликнул Боб. Он встал из-за стола, прошел в прихожую и вернулся со своим кейсом.

Открыв его, он извлек из бокового кармашка какую-то маленькую розовую штуковину, поместившуюся в его ладони, и стал ее заводить как детскую игрушку, вделанным в основание ключиком.

Все с любопытством ожидали, что же будет?!

Затем Боб расчистил на столе место и поставил игрушку. Она мелко и часто заподпрыгивала и начала перемещаться по столу. Трошины дружно расхохотались. Низ игрушки был сделан под кенгуренка с прыгучими лапками, а верх являл собой возбужденный фаллос.

– Вот это хреновина! – заорал в полном восторге Трошин, – молодцы, французы!

Ирина Николаевна, вытирая выступившие от смеха слезы, сказала:

– Боб, ты шалунишка, разве можно при женщинах и детях такие аттракционы устраивать?

– Где ты видишь детей, Ирина? – весело отозвался Боб, – у этих детей скоро у самих дети появятся, – взглянув на Леночку, добавил он.

У фаллического кенгуренка кончился завод, и он застыл возле початой бутылки сухого.