В барханах песочных часов

В связи с перестройкой, Господь дал возможность, поэтому и мы, золотничники грешные, решили, что настала пора немного помочь духовенству золотишком, как говорится, не поперек и не впереди воли Божьей и нашего закона, а в согласии с ними.

– Зря подобостраствуешь, Леонид Иванович, – отвлекся Влад от разговора с Виктором, – на таких, как мы с вами, Бог сквозь игольное ушко взирает…

– И пусть, и правильно взирает, а то ведь без его сурового надзору черт знает до чего дожиться можно, палки-колеса, – сказал Абасов, словно речь шла не о Боге, а о вышестоящем начальстве.

– Ну и артист же ты, Леня, – прыснула Виолетта, – где ты только так болтать научился на любые темы.

– Ветка, цить, палки-колеса, – погрозил жене пальцем Абасов, – я серьезно говорю. – Мне сон недавно приснился, будто я на охоте споткнулся о камень, пригляделся, а это самородок с лошадиную голову. Я золото всю жизнь в земле роясь ищу, да на драгах мою, а оно на поверхности меня поджидало.

И тут со мной что-то необыкновенное стало твориться: смех напал сильный, остановиться не могу. Смотрю на самородок и хохочу, как сумасшедший. Глаза отвел, и смех как сдуло. На золото поглядел, опять от смеха весь затрясся. Вот, думаю, какую власть золото над человеком имеет. Только я это подумал, как все вокруг осветилось оранжевым светом, и передо мной явился сам Иисус Христос, ну в точности, как его на иконах изображают.

– Неверно ты, Леонид, подумал про власть золота над человеком, – говорит мне так спокойно.

Тут я смекнул, что Он не наказывать меня явился, и осмелел, палки-колеса, говорю: «Господи! А как же я должен был рассудить, чтобы правильно вышло?»

– Я – твоя высшая власть, Абасов, а ты передо мной простой червь, – сказал он мне и добавил, – плачь, говорю тебе, грешник несчастный, горькими слезами!

И только Он это произнес, как слезы ручьями брызнули из моих глаз и такая тоска навалилась на меня, что жить стало не в радость.

А Он руку поднял и говорит:

– А теперь смейся, Абасов, рабска твоя душа, смейся, как никогда раньше не смеялся!

Засмеялся я, друзья мои, именно таким смехом, как Он мне повелел. И такую радость испытал, что и наяву по сей день об этом прекрасном чувстве вспоминаю и с нетерпением жду, когда мне Бог опять приснится.

– А голос какой у него был? – просто спросил Туркин.