Путешествие в никуда: Энея и Кольцо

Верхушки руководства страны решили, что враг побеждён, но никому не удалось выжить.

«А вот это что-то новенькое, обычные люди про это ничего не знают».

– Да ну? Это даже звучит глупо, не было никаких гарантий? – Аарон посмотрел на куратора, будто тот сказал полный бред.

– Вероятно, было что-то ещё, но этого я не знаю, – прямо солгал Грейман, что не осталось без внимания молодой пары.

«Знаешь, но не хочешь говорить, точнее не можешь. Возможно, правительству удалось как-то договориться, а сейчас что-то пошло не так.

Стоп, – вдруг осенило сероглазого парня, – но если ИИ жив и обладает всеми достижениями науки и высокими технологиями времён до Катастрофы, то он должен знать про нашу экспедицию. Но, вероятно, вы уже прогоняли эту возможность, так на что мы тогда надеемся в таком случае?» – озадачился он.

– Мифы и легенды, скоро увидим, как всё на самом деле обстоит, – сказал Аарон вслух, решив не делиться своими соображениями. Грейман пытался казаться дружелюбным, но сероглазый парень не хотел доверять ему, в отличие от гвардейцев, которые выражали большую открытость и искренность, и явно не связанны с тёмными правительственными делами.

***

После обеда гвардейцы перешли к оттачиванию рукопашного боя, разбившись на пары. Эйден сразу позвал Аарона к себе:

– Аарон, пойдём со мной, мы как раз примерно одинаковой комплекции, – увидев в его глазах растерянность, он успокоил сероглазого парня. – Не парься, я научу.

Изучение приёмов давалось Аарону тяжело.

Основной проблемой стала его невнимательность: он пропускал удары и не следил за соперником. Также давала о себе знать, надетая на нём броня гвардейцев, которая сковывала его движения, чем мешала вовремя реагировать на атаки партнёра.

Эйден двигался в броне легко, будто он родился в ней. Многолетний опыт давал ему преимущество. Блондин не пытался поддаваться Аарону, потому что понимал всю серьёзность тренировок: «Возможно, от этого будет зависеть жизнь этого чудоковатого парня. Пускай лучше Аарон набьёт шишек сейчас, чем это произойдет за периметром», – рассуждал молодой гвардеец, производя очередную подсечку с последующим ударом и захватом.

Столько раз за день сероглазый парень ещё никогда не падал на землю, но удачно контратаковать Эйдена ему так и не удалось. Как только Аарону удавалось отразить нападающий приём, то молодой гвардеец быстро наносил другой, выводивший его из равновесия, сильной болью отдаваясь в месте нанесения удара.