Парнас

Парнас

Александр Сорге

Платон живёт в панельной соте огромного улья на задворках Петербурга. Кормится фрилансом, греется в синеватом мерцании новостных лент и всё чаще задумывается, правильный ли выбор сделал в жизни. В очередной раз не получив ответа, он выходит за сигаретами. И невольно выясняет, как связан греческий культ, секретный советский эксперимент и гора Парнас, затерянная в парке на окраине города.

Содержит нецензурную брань.

Александр Сорге

Парнас

Предисловие

Этот рассказ не о любви, истории или религии.

Не о «плохих» и «хороших», «глупых» и «умных», «правильных» и «неправильных». Это рассказ о выборе. Я начинал писать его для себя, чтобы найти ответы на свои вопросы. Но постепенно история впитывала новые смыслы, взращивала своих героев, отбрасывая при этом всё лишнее – обретала грани. А я – надежу, что читать её будет интересно и вам. В книге все совпадения, метафоры и отсылки случайны. В жизни – нет.

Глава 1

– Nosce te ipsum

Дни слиплись в одну отвратительную, бесконечную ленту, пропитанную потом от жары и пахучими выделениями от постоянной дрочки.

Работа, ночь, работа, ночь, работа, ночь, работаночть, раночь, нарота…

Вот она, свобода от офисного рабства: домашнее самозаточение на земле обетованной сотен фрилансеров – Парнасе. Питер душил несвойственной ему жарой, новая дизайнерская лихорадка держала на замке все двери.

Экран смартфона ожил напоминанием: «Собирайся». Платон отлепил высохшие глаза от ноутбука – взгляд задержался на заставке: тёмное каре, безумно-глубокие карие глаза.

В меру пухлые губы. Детские (но не кукольные – она ненавидела это слово) черты лица. Худое, почти щуплое тельце, обтянутое молочной кожей. Черное белье.

«Пора к Асе»

Накинув куртку, он выдавил себя на улицу.

Вот так и выглядит кладбище надежд. Панельные гряды, наспех слепленные из дерьма и гипсокартона. Залитые асфальтом поля, на которых волдырями торчат грязные вёдра автомобилистов. Поросшие бурьяном пустыри, куда сваливают остатки строительного мусора и амбиций.

Да, когда тебе 18, жаждешь поступить в Питер – выбраться, наконец, из своей дыры. И решение выбрать филологию, Восточный факультет – связать свою жизнь с мёртвыми языками, кажется охуеть каким верным. Не потому, что ты глупый или наивный – просто веришь, что заряда хватит на всё.

Напишешь монографию, может, книжку выпустишь, пару раз выступишь приглашённым профессором в Европе или США.