Цветные сны

– Это я тоже могу спросить у любого китайца?

– Китайца, англичанина, русского, – покивал он и, быстро взглянув на нее, спросил: – Миссис Вэпстер, у вас есть знакомые русские?

– Нет, – честно ответила она.

– Будут, – заверил он с уверенностью и нарезал лимон аккуратными кружочками. Затем незнакомец непринужденно переместился к духовке, и Глория только тогда заметила, что духовка, оказывается, тоже работает.

– Кстати, миссис Вэпстер, а вы в курсе, что в мире для обозначения чая существует всего два слова?

«Да уж откуда мне!» – все на той же раздраженной ноте подумала она.

– Есть наше «tea», – продолжил он, так и не дождавшись ответа. – Это слово используют в странах, куда чай доставлялся морем. И есть «чай» или, например, как греки говорят – «цай». Это слово прижилось в странах, куда чай привозили по суше.

Он опустил дверцу, и через несколько мгновений на пустой тарелке с голубыми цветочками выросла горка обжигающе-горячих, дымящихся бутербродов.

– Не знаю, как вы, а я предпочитаю с утра перекусить.

Ведь неизвестно, когда потом выпадет свободная минута. Тут бутерброды с сыром и беконом. И вместе, и по отдельности. Прошу!

Он пододвинул к ней чашку с чаем и подтолкнул блюдо с бутербродами, предварительно взяв себе парочку. От такой изысканной дерзости она просто лишилась дара речи, и все вопросы, что она хотела ему задать, растаяли в ее внутреннем возмущении. Нет, ну каков нахал! Бутерброды! «Прошу!» Это просто поразительно! Он определенно издевается над ней!

Чтобы дать улечься буре чувств, Глория сделала маленький глоток и украдкой стала разглядывать «утренний сюрприз», который снова склонился над книгой.

Высокий, отлично сложенный. «Прожженный пройдоха, – почему-то решила Глория. – Хоть и нестандартный». Что есть – то есть, экземпляр штучный, это сразу ясно. Она чуть прищурилась. Черты лица, пожалуй, грубоваты, но их смягчает задорная, мальчишеская улыбка. Чуть широковатые скулы… Явный признак упрямства. Волосы цвета воронова крыла на солнце наверняка приобретают стальной металлический оттенок. Но замечательней всего, безусловно, его глаза. Серые, спокойные и ироничные.

Глория взяла с тарелки бутерброд. В общем, ничего, довольно симпатичный мальчик. Интересно, а сколько ему лет? На самомделе, сколько, а то выглядит он лет на двадцать с небольшим. Она откусила кусочек, хлеб аппетитно хрустнул… Вдруг она снова посмотрела на него, уже в открытую, внезапно озадаченная.