Северный крест

Критское искусство, искусство не греческое и не антигреческое, но догреческое и благодаря тому внегреческое, если и азiатское, то азiатское на свой ладъ, протоевропейское, праэлиннское, материнское par excellence, поздн?е влившееся, однако, въ греческое и ставшее материнской частью его, есть паренiе въ мiр? милостью мiра, искусство русское – паренiе надъ мiромъ милостью надмирнаго: критское обожествляетъ преходящее, дольнее, въ преходящемъ видящее непреходящее, русское же обожествляетъ непреходящее, горнее.

И всё жъ первооснова, ядро минойскаго бытiя, которое красною нитью пройдетъ черезъ в?сь европейскiй духъ вплоть до в?ка сего, – преклоненiе предъ женщиною, явленное: сперва матрiархатомъ – въ минойскомъ Крит?, равноправiемъ – въ классической Грецiи, культомъ прекрасной дамы – въ Среднiе в?ка, феминизмомъ, доходящимъ до матрiархата, – нын?: матрiархата, коимъ всё зачиналось и, заченшись, началось.

И коимъ всё оканчивается.

* * *

Довольная, предвкушающая усп?хъ, заглушившiй бы ноющую ея ненасытимость, изв?чную ея спутницу, которой всего всегда мало и всегда хочется большаго (да такъ – что о счастiи говорить не приходится), рожденную дерзосердiемъ, которое, въ свою очередь, рождено плотяностью, ибо плотяность всегда рождаетъ дерзосердiе, дерзновенiе недолжное, или же – смиряетъ, ввергая во прахъ душу, и самая душа тогда – прахъ; а причастность духу, напротивъ, рождаетъ дерзновенiе, – Ира отправилась къ морю; сливалась она воедино: съ природою, – пiя изъ переполненной чаши ея; хмел?ла – словно только появившаяся на св?тъ Ева, впервые созерцающая райскiя кущи; роскошь красокъ туманила взоръ Иры; безмолвiе природы оглушало подобно молоту; ов?вали её в?тры морскiе, н?жные и юные – словно въ первый день творенiя, – разв?вая ея волосы, золотящiеся Солнцемъ, южнымъ и ненасытимымъ, и одаривая св?жестью и прохладою, желанной и алкаемой; ощущала себя: если и не Великою Матерью, то всё жъ ея родственницею.

Долго и надменно-гордо взирала Ира на уходившее за окоемъ безбрежное немолчношумящее море, лазурное, тихое, м?рное: дыша весною. Природа пребывала въ радованiи и ликованiи, славя создавшаго: всякой отъ мала до велика распростертой по бытiю тварью. Что за день! Не день, а праздникъ!

Вдругъ Ира замерла, и глаза ея расширились. Долго вглядывалась вдаль д?ва. Видн?лось: разс?ченье глади морской. Се – чудо: быкъ, блистающiй златомъ, паче Солнца ярчайшiй, б?шеный въ сил? своей; съ рогами, подобными опрокинутому на спину м?сяцу; съ очами, кровью налитыми.