Черное солнце

– Что ты говоришь? Как ты можешь?

Эдвард взял Эл за плечи, и с такой силой тряхнул ее, что голова девушки закачалась из стороны в сторону.

– Как ты можешь?!

От крика в ушах зазвенело, и Элисон едва не упала, вовремя успев схватиться за край широких перил. Эдвард смотрел на нее в упор и не видел ее лица. Взгляд голубых глаз, сгорая тем же огнем, что уже раньше испугал Дану, смотрел в открытую только ему даль, не замечая ни Эл, ни всего остального, что окружало Милна.

– Признайся, – его голос стал вкрадчивым, и по спине девушки пробежала волна страха.

 – Ты просто не хочешь ребенка от меня, да? В этом все дело?

Эдвард навис над Элисон, и рассмеялся, проведя большим пальцем по ее сухим губам.

– Считаешь себя лучше меня?

Девушка нервно вздохнула и покачала головой.

– Мне страшно рожать ребенка здесь, Харри!

Эдвард был так близко к ней, что Элисон не хватало воздуха. Как не хватало сил хотя бы на попытку отодвинуть его в сторону, чтобы вздохнуть полной грудью.

Голова Эл начала сильно кружиться, и она заговорила очень быстро, чтобы успеть сказать все, что тревожило ее, о чем она постоянно думала, начиная с того момента, когда узнала о своей беременности.

– Если… родится мальчик, он попадет в «Груберюгенд», а если де-е-вочка… она… станет потом рожать арийцев, словно племенная кобыла, радуясь любому, кто ее захочет и-ли… изнасилует. Ты знаешь, каково это, Харри? Тебя когда-нибудь пытались изнасиловать? Н-не… не смотри на меня так, я знаю, что многие из них… они… – не ты.

Они не защищают, Харри, они калечат и бьют. И… война…

Элисон облизала пересохшие губы. Взяв Милна за воротник пальто, она слабо потянула Эдварда на себя.

– А если будет война… как думаешь… наш мальчик выживет? А девочка? Что… что ты молчишь, Кель… что ты…

Эл замолчала, и, с трудом наступив ногой на следующую ступеньку, начала медленный и шаткий подъем вверх по лестнице.

***

– Черт возьми, чем они заняты, Баве?!

Начальник внешней разведки развел руками.

– На связь не выходят, информацию не предоставляют. Сколько они находятся в Берлине?

– Го-о-д. Почти…

Рид Баве прочистил горло и ослабил узел галстука.

– В этом месяце будет год, как Эдвард Милн и Элисон Эшби находятся в Берлине.

Генерал обвел покрасневшими от бессонницы глазами кабинет начальника и снова посмотрел на свои руки.