Мрачные мемуары. Обезьяний лес

– Ла-адно… – Лоутер кивнул охране. – Выйдите. Вассерман, отдай им, что они просят.

В этот раз упрямство, которое впоследствии приводило к сражению, не было: охранники начали высыпаться по одному из кабинета.

Сэм сжал в пальцах синш. Половинку синша. И эта половинка грела его душу лучше любого признания.

Ярко-красные зрачки Лоутера отчаянно пытались ухватиться за уходящую охрану. Сокрух стонал и натуживал живот.

И когда последний охранник, самый огромный и сноровистый, оказался у дверей, Лоутер вдруг заревел и широко распахнул рот до нечеловеческих размеров.

Верхняя челюсть выдвинулась и прижалась ко лбу, а нижняя – к шее. Из пенящихся слюней вырвался длинный язык с крупными присосками.

– Юншен! – только и успел крикнуть Джей, как этот язык прорвался через стол к Сэму и цепко обхватил руку.

Сэм закричал от жгучей боли и попытался стряхнуть с руки склизкий и тугой язык.

Присоски пристали к руке так, словно их приварили намертво. Сэм как можно ближе поднес пистолет и нажал на спусковой крючок.

Раздался громкий выстрел, который на время оглушил, а пуля попала точно в цель. Сэму хотелось убить Лоутера, очень хотелось, но связываться со Святым Йонасом себе дороже.

Лоутер неистово завопил. Его язык резко разжал руку Сэма и вернулся обратно к сокруху в пасть. Лоутер свалился на пол, толкая своим весом стоящего позади Джея, так что тот еле удержал равновесие, опершись плечом о стену за спиной. Сэм подумал, что сейчас сокрух просто раздавит Джея. Рядом с необъятно широким Лоутером – Джей казался еще выше и стройнее, хоть его фигура, и так была из разряда «элегантных».

Сэм усмехнулся – эти двое напоминали старый конлаокский мультик про камень и соломинку[42 - Притча о том, как соломинка камень победила. Хвастливый камень решил соревноваться с соломинкой в скорости. Он покатился с горы и обогнал соломинку, пока та медленно спускалась на ветру. Но вместо победы камня ждала печальная участь. Он скатился в реку, что текла под горой, и утонул, а соломинка осталась плавать на поверхности. ].

Лоутер, уже на полу, крикнул:

– Беги, Макс! Беги!

Сэм никак не мог разжать закостенелые пальцы. Быстро смахивая мутную жижу, которая вязала хуже смолы, у Сэма в голове появилась мысль – отрезать пальцы ножом. Все равно позже вырастут новые, но зато он прямо сейчас разрешит вопрос. Из-за жгучей боли, которая утихала достаточно быстро, Сэм не мог нащупать в ладони синш. Он не чувствовал до конца пальцы и просто молился о том, чтобы синш остался у него.