Дневник дылды

– Разве так можно?

– Можно, когда ты хозяйка кофейни. Печенье любишь?

Глава четвёртая

Домой я вернулась сытая, довольная и с полным контейнером пончиков. Оказалось, Лизе было так скучно из-за маленького количества посетителей за день, что она была: «готова заплатить кофе и выпечкой за один нормальный разговор».

Каким-то чудом мне удалось успеть на автобус, поэтому вечернюю лекцию на тему «важность учёбы и режима дня» мне удалось избежать. Домашнего задания тоже было немного, так что сразу после душа я уснула.

На следующий день.

Два ланч-бокса с картошкой фри и сэндвичами лежали на верхней полке моего шкафчика, пока я выкладывала ненужные учебники. Спросите: «Почему два?». Просто хочется как-то отблагодарить Лизу за вчерашнюю помощь, а, насколько я поняла, обеды в кофейне она не продаёт.

Захлопываю железную дверцу и иду в направлении класса, как мне на встречу выходит стайка парней. Да уж… «Хорошее» начало дня.

Уже хочу развернуться и сделать вид, что никого не заметила, но меня окликают:

– Привет, Дылда, – сказал Егор и надменно улыбнулся.

Медленно оборачиваюсь и натягиваю самую презрительную ухмылку. У меня вообще нет сил сейчас с кем-то спорить, не говоря о том, чтобы воевать с этим глупым баскетболистом, но уйти просто так не входит в мои правила.

Господи, как же хочется ударить его.

– С гномами не здороваюсь, – в тон ему ответила я.

Оглядываюсь и замечаю в конце коридора Олю. Подруга бредёт, уткнувшись в телефон, пока, наконец, не замечает нас.

– Я выше тебя, – с ухмылкой заключает парень, скрестив руки на груди.

– Иногда я сомневаюсь, что твой IQ дотягивает хотя бы до пятнадцати, – показательно рассматриваю собственные ногти, которые чересчур долго не были в маникюрном салоне. Нужно будет исправить это. – Если ты выше меня, то почему я дылда? – стараюсь вложить в голос как можно больше яда.

У меня получилось. Лаврентьеву действительно нечего сказать, поэтому я со спокойной душой обхожу парней и подхожу к подруге.

У Оли спокойное лицо, словно ничего не случилось, или она не видела.

Она оделась даже лучше, чем вчера: обтягивающее короткое платье, бледный пояс, светлые лодочки на платформе и чёрная сумка на сгибе локтя. Волосы убраны в низкий «пучок», на лице нюдовый макияж.

Да, в нашем тандеме я всегда была страшной подружкой.

– Привет, чего так долго? – мысленно считаю до шестнадцати, дабы не съязвить в ответ.

Терпеть не могу, когда Низовская разговаривает со мной таким тоном.