Хрустальный мальчик

Ошибёшься – погибнет корень!

Анна опустилась на широкий сучок и свесила ноги. Земля далеко внизу казалась ей размытым золотистым пятнышком, над которым плавали и сливались друг с другом тёмно-синие и зелёные круги.

– Да уж, – буркнула она, – понятное дело.

– Я проверяю землю здесь повсюду, – сказал Землерой, – и с другими корнями общаюсь. Так и до самой реки доходил, видал там тебя: вы с дедом рыбу ловили. Мой совет тебе, Анна… если и идёшь ко мне, то уж следи, чтобы не увязался за тобой кто и дерево не увидел.

Люди любят хорошие дрова и топоры тоже любят. Свалят они это дерево – всему лесу конец!

– А что тебя могут увидеть, ты не боишься? – удивилась Анна.

Землерой только рукой махнул.

– Меня не увидят, – отрезал он, – если я не захочу. Я могу с тобой от этого дерева и до кромки леса пройти, рука об руку, и по другую руку от тебя друг, или родственник пойдёт – всё равно меня не заметит.

– Так я особенная, выходит? – фыркнула Анна.

– Ну, возможно, да ты не зазнавайся только! – рассмеялся Землерой.

 – А теперь давай, поднимайся! Поднимай-поднимай скорее зад, времени мало! Солнце в зените стоит высоко, а мне к четырём отлучиться надобно: с духами встречаться будем, разговаривать.

Анна подалась ближе и вцепилась Землерою в руку, повисла на ней.

– Возьми меня с собой! – с придыханием попросила она. – Пожалуйста!

– И не мечтай! – решительно воскликнул Землерой и замахал руками. – Нельзя тебе со мной являться, да с любым другим духом, на такие собрания.

Людям там делать нечего.

– А если я сама приду? – прищурилась Анна. – Я ведь если захочу, то и сделаю, Землерой, не остановишь!

– Уж знаю, что не остановлю, да не боюсь я тебя. Ты просто девчонка человеческая, ты наших секретных тропок не знаешь, не пройти тебе так, как мы, духи, ходим. Хоть сотню лет кружи да ищи, не отыщешь! Мы, духи, в прятки да угадайку кого угодно обставим.

Анна надулась и скрестила под грудью руки.

– Ну хоть когда-нибудь…

Землерой всё так же стоял спиной к ней, и ласковый ветерок поглаживал по щекам и плечам обоих.

– Не проси, – категорично повторил он. – Нельзя тебе, нельзя, Анна. И я тебе не со зла отказываю, а потому, что весело мне с тобой, не хочу я, чтобы тебя в клочки порвали, или с ума свели, или умыкнули куда… тут, у дерева, мой дом, и тут тебя духи леса не тронут. Пока ты подпоясана, пока у тебя клубочек мой – ничего и нигде не бойся, только советов наших остерегайся.