Своя волна

Мало того, что пришлось тащиться в этот чертов поселок, в выходной день, осматривать одно за другим, два места преступления, а теперь стоять посреди мерзкой, вызывающей тошноту квартиры, так еще и этот местный Пинкертон, и по совместительству знаток человеческих душ, несет полный бред, а он этот бред слушает. – Он и его дружок, наркоманы, Левицкий. Их действия непредсказуемы. Они не отдают себе отчет. Ради дозы мать родную на куски порежут.

–Да, но…

Глаза следователя сузились, уголок рта задергался сильнее.

–Ваша задача, Левицкий, не домыслами заниматься и теории выдвигать, а обеспечить задержание подозреваемого. Думать и разбираться, теперь, будет следственная группа. Ясно?!

–Так точно,– распрямив спину и «вытянувшись по струнке», отрапортовал участковый.

–Давайте, забирайте его и поехали. Тут дышать нечем,– скривившись, сказал следователь.

Участковый кивнул подчиненным.

–Приходько, давайте задержанного в машину.

Молоденький полицейский с отвращением посмотрел на неподвижное тело предполагаемого убийцы.

Никаких признаков жизни тот, за все время пребывания сотрудников полиции в комнате, не подавал.

–Товарищ капитан, а может он тоже того… помер…

Следователь издал странный звук похожий одновременно на металлический скрежет и на рычание.

–Приходько!– гаркнул участковый. – Берите его, и в машину!

–Есть!

Нехотя, подойдя к «кровати», оба молодых полицейских брезгливо сморщились.

–Товарищ капитан, он, кажись, обделался…

Капитан, краем глаза заметив, что алые пятна на щеках следователя сменились равномерно распределившейся по всему лицу зеленью, угрожающе посмотрел на младшего коллегу и процедил сквозь зубы:

–Сейчас ты у меня обделаешься.

Возьмите тряпки,– он кивнул на, валявшееся на полу, рванье, -и бросьте на сидение. Как-нибудь довезете. Или ты хочешь в душ его сводить?

Видя, что следователь направился к выходу из комнаты, капитан направился за ним. Дышать в комнате и впрямь было нечем, хотелось скорее глотнуть свежего воздуха.

В заваленном хламом полутемном коридоре что-то загрохотало, и из-за обшарпанного шкафа с отломанными дверками показалась тощая, сморщенная старуха. Седые, спутанные космы торчали во все стороны, костлявая рука потрясала в воздухе довольно увесистой на вид клюкой.

Шедший впереди капитана следователь, от неожиданности замер на месте.

–Убирайся! – завизжала старуха и кинулась на следователя.